На прошлой неделе в порту Новороссийск на суда было погружено 549,4 тыс. т зерна, в т.ч. 511,6 тыс. т пшеницы и 20,8 тыс. т ячменя. Об этом сообщает агентство Зерно Он-Лайн со ссылкой на ГК ТБИ/Logistic OS.

Погруженная за этот период пшеница будет поставлена в Египет (124,8 тыс. т), Судан (93,2 тыс. т) и др. страны. Весь ячмень будет отправлен в Ливию.

Неделей ранее объем погрузки зерна составил 477,7 тыс. т.

Полную информацию по отгрузкам зерна и подсолнечного масла из Новороссийска и Туапсе см. ЗерноТРАФИК.

      В пятницу, 20 марта, цены на алюминий и медь продолжили снижение после сообщений о возможной отправке дополнительно тысяч военных моряков США на Ближний Восток, что подстегнуло доллар и обострило опасения роста цен на нефть и замедления экономического роста, а также спроса на металлы. "Хотя ранее цветные металлы демонстрировали определенную стабильность, однако потом распродажи возобновились", - отмечает аналитик Marex Эдвард Майер.
      Трехмесячный контракт на алюминий подешевел на LME на 2%, до $3187 за т. На предыдущей сессии стоимость металла снизилась на 4,4%.
      "Для трейдеров видны перспективы нарушений региональных поставок, тогда как более высокие цены на энергоносители могут ухудшить спрос на металлы со стороны промышленности", - констатирует глава отдела металлов Britannia Global Markets Нэйл Уэлш.
      Цена меди на LME снизилась на 2%, до $11917 за т. По итогам недели она снизилась на 7%, что является самым серьезным ценовым падением с апреля 2025 г.
      Контракт на медь на ShFE завершил торги на отметке 94780 юаней ($13751,18) за т, подешевев на 1,1% к результатам предыдущей сессии и на 6,1% по итогам недели.
      Тем временем, по данным на пятницу, запасы меди на складах LME в США выросли еще на 4725 т, до 98675 т - до самого высокого значения с февраля 2019 г.
      На утренних торгах пятницы, 23 марта, цена меди ушла на трехмесячные минимумы на фоне новой эскалации войны на Ближнем Востоке после взаимного обмена угрозами между США и Ираном.
      Иран пригрозил нанести удары по электростанциям и водоснабжению в странах Персидского залива, если США, как ранее угрожал президент Трамп, ударят по системе электроснабжения в Иране в случае, если Иран не откроет для судоходства Ормузский пролив в течение 48 часов.
      Тем временем цена меди марки Brent превысила $110 за баррель. Между тем цена золота снизилась до самых слабых значений в текущем году.
      Вместе с тем в Китае наблюдается признаки восстановления спроса, после того как цены на медь ушли с декабрьских максимумов, отмечают аналитики брокерской фирмы Jinrui Futures. Запасы меди на складах SHFE снизились впервые с 12 декабря, на 5,15% по итогам недели, до 411,121 тыс. т.
      Оперативная сводка сайта Metaltorg.ru по ценам металлов на ведущих мировых биржах в 11:44 моск.вр. 23.03.2026 г.:
      на LME (cash): алюминий — $3225.5 за т, медь — $11722 за т, свинец — $1841.5 за т, никель — $16650 за т, олово — $41554 за т, цинк — $3035.5 за т;
      на LME (3-мес. контракт): алюминий — $3186 за т, медь — $11813.5 за т, свинец — $1881 за т, никель — $16835 за т, олово — $41785 за т, цинк — $3059.5 за т;
      на ShFE (поставка апрель 2026 г.): алюминий — $3418 за т, медь — $13402.5 за т, свинец — $2382.5 за т, никель — $19281.5 за т, олово — $47749.5 за т, цинк — $3312 за т (включая НДС);
      на ShFE (поставка июнь 2026 г.): алюминий — $3434 за т, медь — $13392.5 за т, свинец — $2390.5 за т, никель — $19379 за т, олово — $47714.5 за т, цинк — $3320.5 за т (включая НДС);
      на NYMEX (поставка март 2026 г.): медь — $11574.5 за т;
      на NYMEX (поставка июнь 2026 г.): медь — $11662.5 за т.

Лидером 2025 года для агропромышленного комплекса Татарстана стало растениеводство. Рекордный урожай масличных и пересмотр структуры посевных площадей обеспечили отрасли рост выручки на 12%. Однако наступивший 2026 год ознаменовался для аграриев новыми жесткими условиями.

Республика делает ставку на глубокую переработку и технологический суверенитет. Но насколько оправдан массовый уход от зерновых к масличным, как бизнес адаптируется к дорогим кредитам и где искать молодые кадры для «цифровых полей» — в этом TatCenter разбирался вместе с ведущими экспертами отрасли.

Аграрии Татарстана встретили 2026 год с радикально обновленной структурой севооборота. В погоне за рентабельностью сельхозпроизводители сократили зерновой клин на 90 тыс. гектаров, отдав предпочтение высокомаржинальным культурам — подсолнечнику, рапсу, льну и сое.

На 2026 год в республике стоит задача удержать сбор маслосемян на уровне не менее одного млн тонн. Однако эксперты предупреждают: ставка на одну группу культур несет в себе не только финансовые выгоды, но и серьезные риски.

Леонид Рагозин, генеральный директор ГК «Прогресс Агро», отмечает, что масличные культуры сегодня действительно демонстрируют высокую рентабельность — от 40 до 60% в зависимости от культуры, и это сохраняется даже при ценовых колебаниях в течение года.

«Несмотря на то, что по итогам 2025 года урожайность основных масличных в России выросла более чем на 10%, спрос со стороны перерабатывающей промышленности остается стабильно высоким. Это позволяет прогнозировать сохранение привлекательных цен и в предстоящем сезоне. Однако дальнейшее расширение площадей под масличными может превысить потребности переработки. Именно поэтому основой устойчивого развития остается сбалансированный севооборот, где зерновые выполняют системообразующую роль».

Эту точку зрения разделяет и старший преподаватель Финансового университета при Правительстве РФ Локупитумпа Аппухамиллаге Видуши Шаника Ранасингхе:

«Устойчивость прибыльности масличных культур во многом зависит от глобальных ценовых условий и местной переработки. Если мировые цены на растительные масла снизятся или экспортные ограничения усилятся, рентабельность может значительно колебаться. Однако радует, что цепочка поставок постепенно адаптируется к новым условиям: часть потоков перенаправляется в южные и восточные регионы через российские порты и железные дороги. Чем больше масличных перерабатывается в регионе, тем меньше производители зависят от колебаний цен на сырьевых рынках».

Уход от «зерновой зависимости» требует и пересмотра подхода к техническому оснащению. Работа с высокомаржинальными, но капризными культурами не терпит простоев, что заставляет аграриев по-новому взглянуть на стоимость владения техникой.

Максим Белопухов, генеральный директор ООО «АГРИ ПАРТС РУС», член Ассоциации дилеров сельскохозяйственной техники добавляет:

«При работе с высокодоходными, но капризными культурами, где каждый день на счету, надежность техники становится главным экономическим фактором. Хозяйства в этой связи начинают жестче считать себестоимость эксплуатации техники и запчастей. Поэтому ставка на масличные может быть оправдана только при наличии двух опор — просчитанной стратегии сбыта и безупречной сервисной поддержки, которая гарантирует минимальное время простоя».

2026 год станет периодом жесткой экономии и пересмотра инвестиционных программ. При высокой ключевой ставке даже льготные кредиты становятся труднодоступными, а лимиты по ним выбираются в первые недели года. Несмотря на то, что совокупный объем господдержки АПК в 2025 году был рекордным, а на техмодернизацию в РТ в этом году планируют направить около четырех млрд рублей, бизнес вынужден замораживать или растягивать во времени крупные капвложения.

Леонид Рагозин констатирует, что высокая ключевая ставка остается критическим фактором для развития всего агросектора.

«Текущий уровень стоимости денег существенно ограничивает возможности для эффективной инвестиционной политики. Сейчас мы продолжаем выполнять ранее запущенные проекты, однако инициативы, находящиеся на стадии планирования, проходят тщательный пересмотр. Мы рассчитываем, что государство и регулятор займут четкую позицию по снижению ключевой ставки, так как без доступного финансирования реализация долгосрочных проектов в АПК затруднительна».

Проблема усугубляется отказом от ряда федеральных субсидий. С 2026 года крупные производители молока (с выручкой более 800 млн рублей) лишились погектарной поддержки «на литр». Для Татарстана, который производит 2,4 млн тонн молока и остается лидером в стране, это серьезный удар .

Эксперты сходятся во мнении, что адаптация к новым реалиям идет через оптимизацию оборотного капитала. Компании предпочитают не закупать новую технику, а продлевать жизнь старой.

Максим Белопухов называет подобную ситуацию типичной, ее наблюдают не только в Татарстане.

«Высокая стоимость заемных средств заставляет агробизнес пересматривать инвестиционные программы, в первую очередь — закупку новой техники. Компании чаще идут по пути поэтапных вложений и делают ставку на продление ресурса уже имеющихся машин. Тут-то и возрастает роль качественных аналогов запчастей и сервисного подхода: бизнес ищет надежные решения, которые гарантируют безотказную работу».

Проблема дефицита кадров в АПК усугубляется технологическим разрывом. Пока передовые хозяйства внедряют цифровые системы управления полями и беспилотники, основная масса аграриев сосредоточена на «латании дыр» в старом парке техники. Это формирует непривлекательный образ отрасли для молодых специалистов.

Государство пытается переломить ситуацию через федеральный проект «Кадры в АПК». В Татарстане активно открываются агротехнологические классы: в 2025 году их было 20, а в 2026 году планируется открыть еще 35. Учителям физики, химии и биологии в таких классах выплачивают по 30 тыс. рублей стимулирующих. Молодым специалистам при трудоустройстве на селе положена единовременная выплата в 750 тыс. рублей.

По мнению участников рынка «подъемные» — лишь часть проблемы.

«Повышение утилизационного сбора привело к существенному росту цен. В условиях высокой ключевой ставки инвестиции в замену техники зачастую перестают окупаться. Необходима разработка специальных лизинговых и кредитных программ с фиксированной ставкой», — отмечает Леонид Рагозин.

Схожего мнения придерживаются и эксперты в области образования, отмечая, что просто дать деньги недостаточно — нужно показать перспективу.

Локупитумпа Аппухамиллаге Видуши Шаника Ранасингхе отмечает следующее:

«Персонал, уровень доходов, условия жизни в сельской местности и технологические достижения остаются ключевыми факторами привлечения молодежи. Современные сельскохозяйственные предприятия все чаще внедряют цифровые системы управления полем, что постепенно меняет восприятие отрасли и делает ее более привлекательной для молодых специалистов».

Технические специалисты на местах видят и обратную сторону медали: пока предприятие выглядит как «мастерская по ремонту металлолома», говорить о привлечении айтишников или инженеров-кибернетиков бесполезно.

Максим Белопухов добавляет:

«Рост спроса на ремонт, аналоги и восстановленные решения продолжается. Молодому специалисту невозможно предложить привлекательную карьеру в отрасли, которая выглядит технологически отстающей и сфокусированной на постоянном ремонте. Ее привлекает более современная модель АПК: цифровые инструменты, понятная система обучения, инновации и прогнозируемая карьерная траектория».

Планы агрохолдингов Татарстана на 2026 год формируются в условиях жесткого финансового штопора. Высокие ставки по кредитам вынуждают бизнес переходить от стратегии роста к стратегии удержания эффективности.

Главный тренд года — ставка на переработку внутри региона. Чем больше продукции (масла, жмыха, кормов, муки) будет производиться в республике, тем меньше аграрии будут зависеть от ценовых качелей сырьевого экспорта. Получится ли у них совместить масличную экспансию с сохранением почвенного плодородия, найти деньги на модернизацию вопреки дорогим кредитам и доказать молодежи, что село — это не только навоз и ржавые комбайны, но и ИТ-технологии, — станет ясно по итогам 2026 года.

Лидером 2025 года для агропромышленного комплекса Татарстана стало растениеводство. Рекордный урожай масличных и пересмотр структуры посевных площадей обеспечили отрасли рост выручки на 12%. Однако наступивший 2026 год ознаменовался для аграриев новыми жесткими условиями.

Республика делает ставку на глубокую переработку и технологический суверенитет. Но насколько оправдан массовый уход от зерновых к масличным, как бизнес адаптируется к дорогим кредитам и где искать молодые кадры для «цифровых полей» — в этом TatCenter разбирался вместе с ведущими экспертами отрасли.

Аграрии Татарстана встретили 2026 год с радикально обновленной структурой севооборота. В погоне за рентабельностью сельхозпроизводители сократили зерновой клин на 90 тыс. гектаров, отдав предпочтение высокомаржинальным культурам — подсолнечнику, рапсу, льну и сое.

На 2026 год в республике стоит задача удержать сбор маслосемян на уровне не менее одного млн тонн. Однако эксперты предупреждают: ставка на одну группу культур несет в себе не только финансовые выгоды, но и серьезные риски.

Леонид Рагозин, генеральный директор ГК «Прогресс Агро», отмечает, что масличные культуры сегодня действительно демонстрируют высокую рентабельность — от 40 до 60% в зависимости от культуры, и это сохраняется даже при ценовых колебаниях в течение года.

«Несмотря на то, что по итогам 2025 года урожайность основных масличных в России выросла более чем на 10%, спрос со стороны перерабатывающей промышленности остается стабильно высоким. Это позволяет прогнозировать сохранение привлекательных цен и в предстоящем сезоне. Однако дальнейшее расширение площадей под масличными может превысить потребности переработки. Именно поэтому основой устойчивого развития остается сбалансированный севооборот, где зерновые выполняют системообразующую роль».

Эту точку зрения разделяет и старший преподаватель Финансового университета при Правительстве РФ Локупитумпа Аппухамиллаге Видуши Шаника Ранасингхе:

«Устойчивость прибыльности масличных культур во многом зависит от глобальных ценовых условий и местной переработки. Если мировые цены на растительные масла снизятся или экспортные ограничения усилятся, рентабельность может значительно колебаться. Однако радует, что цепочка поставок постепенно адаптируется к новым условиям: часть потоков перенаправляется в южные и восточные регионы через российские порты и железные дороги. Чем больше масличных перерабатывается в регионе, тем меньше производители зависят от колебаний цен на сырьевых рынках».

Уход от «зерновой зависимости» требует и пересмотра подхода к техническому оснащению. Работа с высокомаржинальными, но капризными культурами не терпит простоев, что заставляет аграриев по-новому взглянуть на стоимость владения техникой.

Максим Белопухов, генеральный директор ООО «АГРИ ПАРТС РУС», член Ассоциации дилеров сельскохозяйственной техники добавляет:

«При работе с высокодоходными, но капризными культурами, где каждый день на счету, надежность техники становится главным экономическим фактором. Хозяйства в этой связи начинают жестче считать себестоимость эксплуатации техники и запчастей. Поэтому ставка на масличные может быть оправдана только при наличии двух опор — просчитанной стратегии сбыта и безупречной сервисной поддержки, которая гарантирует минимальное время простоя».

2026 год станет периодом жесткой экономии и пересмотра инвестиционных программ. При высокой ключевой ставке даже льготные кредиты становятся труднодоступными, а лимиты по ним выбираются в первые недели года. Несмотря на то, что совокупный объем господдержки АПК в 2025 году был рекордным, а на техмодернизацию в РТ в этом году планируют направить около четырех млрд рублей, бизнес вынужден замораживать или растягивать во времени крупные капвложения.

Леонид Рагозин констатирует, что высокая ключевая ставка остается критическим фактором для развития всего агросектора.

«Текущий уровень стоимости денег существенно ограничивает возможности для эффективной инвестиционной политики. Сейчас мы продолжаем выполнять ранее запущенные проекты, однако инициативы, находящиеся на стадии планирования, проходят тщательный пересмотр. Мы рассчитываем, что государство и регулятор займут четкую позицию по снижению ключевой ставки, так как без доступного финансирования реализация долгосрочных проектов в АПК затруднительна».

Проблема усугубляется отказом от ряда федеральных субсидий. С 2026 года крупные производители молока (с выручкой более 800 млн рублей) лишились погектарной поддержки «на литр». Для Татарстана, который производит 2,4 млн тонн молока и остается лидером в стране, это серьезный удар .

Эксперты сходятся во мнении, что адаптация к новым реалиям идет через оптимизацию оборотного капитала. Компании предпочитают не закупать новую технику, а продлевать жизнь старой.

Максим Белопухов называет подобную ситуацию типичной, ее наблюдают не только в Татарстане.

«Высокая стоимость заемных средств заставляет агробизнес пересматривать инвестиционные программы, в первую очередь — закупку новой техники. Компании чаще идут по пути поэтапных вложений и делают ставку на продление ресурса уже имеющихся машин. Тут-то и возрастает роль качественных аналогов запчастей и сервисного подхода: бизнес ищет надежные решения, которые гарантируют безотказную работу».

Проблема дефицита кадров в АПК усугубляется технологическим разрывом. Пока передовые хозяйства внедряют цифровые системы управления полями и беспилотники, основная масса аграриев сосредоточена на «латании дыр» в старом парке техники. Это формирует непривлекательный образ отрасли для молодых специалистов.

Государство пытается переломить ситуацию через федеральный проект «Кадры в АПК». В Татарстане активно открываются агротехнологические классы: в 2025 году их было 20, а в 2026 году планируется открыть еще 35. Учителям физики, химии и биологии в таких классах выплачивают по 30 тыс. рублей стимулирующих. Молодым специалистам при трудоустройстве на селе положена единовременная выплата в 750 тыс. рублей.

По мнению участников рынка «подъемные» — лишь часть проблемы.

«Повышение утилизационного сбора привело к существенному росту цен. В условиях высокой ключевой ставки инвестиции в замену техники зачастую перестают окупаться. Необходима разработка специальных лизинговых и кредитных программ с фиксированной ставкой», — отмечает Леонид Рагозин.

Схожего мнения придерживаются и эксперты в области образования, отмечая, что просто дать деньги недостаточно — нужно показать перспективу.

Локупитумпа Аппухамиллаге Видуши Шаника Ранасингхе отмечает следующее:

«Персонал, уровень доходов, условия жизни в сельской местности и технологические достижения остаются ключевыми факторами привлечения молодежи. Современные сельскохозяйственные предприятия все чаще внедряют цифровые системы управления полем, что постепенно меняет восприятие отрасли и делает ее более привлекательной для молодых специалистов».

Технические специалисты на местах видят и обратную сторону медали: пока предприятие выглядит как «мастерская по ремонту металлолома», говорить о привлечении айтишников или инженеров-кибернетиков бесполезно.

Максим Белопухов добавляет:

«Рост спроса на ремонт, аналоги и восстановленные решения продолжается. Молодому специалисту невозможно предложить привлекательную карьеру в отрасли, которая выглядит технологически отстающей и сфокусированной на постоянном ремонте. Ее привлекает более современная модель АПК: цифровые инструменты, понятная система обучения, инновации и прогнозируемая карьерная траектория».

Планы агрохолдингов Татарстана на 2026 год формируются в условиях жесткого финансового штопора. Высокие ставки по кредитам вынуждают бизнес переходить от стратегии роста к стратегии удержания эффективности.

Главный тренд года — ставка на переработку внутри региона. Чем больше продукции (масла, жмыха, кормов, муки) будет производиться в республике, тем меньше аграрии будут зависеть от ценовых качелей сырьевого экспорта. Получится ли у них совместить масличную экспансию с сохранением почвенного плодородия, найти деньги на модернизацию вопреки дорогим кредитам и доказать молодежи, что село — это не только навоз и ржавые комбайны, но и ИТ-технологии, — станет ясно по итогам 2026 года.

Производители кормовой муки заявляют о риске приостановки производственных процессов и полной остановки экспорта. Причиной такого кризиса стало новшество от Главного таможенного управления КНР, которое обязало казахстанских зернопереработчиков пройти перерегистрацию, сообщает агентство АПК Новости.

Министерство сельского хозяйства обратилось в региональные территориальные инспекции Комитета государственной инспекции в АПК с письмом, в котором сообщило, что в адрес Комитета поступило обращение от Главного таможенного управления КНР, согласно которому экспорт в Китай кормовой муки, состоящей из 80% пшеницы и 20% ячменя, допускается исключительно после прохождения проверки и регистрации китайской стороной. При этом в качестве зарегистрированной продукции должна выступать кормовая пшенично-ячменная смесь.

Кроме того, КНР уведомила, что экспортеры, ранее включенные в Реестр Китая, подлежат обязательной перерегистрации в качестве предприятий по производству смешанной продукции.

В случае непрохождения перерегистрации экспорт указанной кормовой смеси в Китай осуществляться не должен.

МСХ обязало Комитет в срочном порядке представить списки казахстанских предприятий, зарегистрированных в Реестре ГТУ КНР, для последующей перерегистрации в срок до 1 марта 2026 года.

Как сообщили производители кормой муки, на данное время только 27 предприятий включены в Реестр поставщиков, согласование затягивается, контракты «горят».

laquo;Только 27 предприятий со всего Казахстана включены в Реестр поставщиков кормовой смеси, 39 компаний ожидают включения. Оставшиеся компании, в превалирующем количестве, вынуждены ожидать отправки документов только после 31 марта. Сроки получения регистрационных кодов могут занять дополнительное время», - рассказали в Союзе зернопереработчиков Казахстана.

Данная ситуация окажет влияние на своевременное исполнение экспортных контрактов, считают мукомолы. Предприятия уже сталкиваются с производственными и логистическими ограничениями, а именно невозможности осуществления отгрузок при наличии уже подготовленной продукции, вынужденное накопление и ненормированный простой, как порожних, так и погруженных контейнеров на путях общего пользования.

Также, отметили представители отрасли, происходит непрерывный подход уже заказанных контейнерных поездов, следующих на погрузку, это неизбежно приведет к парализации работы опорных станций отгрузок и подъездных путей ветвевладельцев, а также окончание действия согласованных планов перевозки на март месяц и невыполнение заявленных планов перевозок по железной дороге. Все это приведет к финансовым издержкам по оплате ненормированного простоя подвижного состава.

laquo;Над предприятиями нависает риск приостановки производственных процессов, остановка заводов, которые несут дополнительные издержки, связанные с ожиданием получения регистрационного кода, что является колоссальным ущербом для казахстанских экспортеров, дополнительной нагрузкой на инфраструктуру железных дорог Республики Казахстан и практически полной остановкой экспорта кормовой муки данного вида», - сообщили мукомолы.

Союз обратился в МСХ РК с просьбой ускорить направление в адрес компетентных органов КНР уже полученных и проверенных заявок от казахстанских предприятий, инициировать взаимодействие с китайской стороной в целях оптимизации сроков рассмотрения заявок.

laquo;Для предприятий-экспортеров соблюдение сроков имеет критическое значение с точки зрения непрерывности производственной деятельности и выполнения контрактных обязательств», - сообщили в Союзе.
 

Татарстан активно развивает экспортный потенциал своего агропромышленного комплекса (АПК). По данным Министерства сельского хозяйства и пищевой промышленности, в 2025 году объём экспорта составил 540 млн долларов, что на 94 млн больше, чем в 2024 году, и превысило запланированные показатели.

Экспорт осуществляется 90 предприятиями республики в 49 стран мира. Основная доля приходится на масло- и солёносодержащую продукцию — 360 млн долларов, что на 12,2% больше, чем в предыдущем году. Ключевыми экспортёрами выступают «Казанский масложировой комбинат» и «Эссен Продакшн».

Экспорт пищевой продукции достиг 53 млн долларов (+15,7%). Основные направления поставок включают Иран, Казахстан, Индию, Беларусь, Китай и другие страны. В стратегических планах республики — расширение экспортной географии, особенно выход на рынки Северной Африки и Юго-Восточной Азии.

До 2030 года планируется увеличить экспорт АПК до 900 млн долларов за счёт реализации новых инвестиционных проектов и расширения рынков сбыта. Эти меры направлены на укрепление позиции Татарстана как одного из ведущих экспортёров агропродовольственной продукции в международной торговле.

Снижение импорта Ираком и Суданом, а также структурные изменения на рынке переработки зерна оказывают давление на глобальные торговые потоки

Согласно мартовскому отчету по рынку зерна Международного совета по зерну (IGC), в сезоне 2025—2026 гг. мировой объем торговли пшеничной мукой сократится до минимального уровня за последние четыре года, главным образом из-за снижения импортного спроса со стороны Ирака и Судана.

По оценке IGC, мировой товарооборот пшеничной муки составит около 16 млн тонн (в пересчете на пшеницу), что на 3% ниже показателя прошлого сезона (16,5 млн тонн). Таким образом, снижение фиксируется второй год подряд.

Ключевым фактором выступает Судан: возобновление работы мукомольных предприятий приводит к переориентации страны на импорт пшеницы вместо готовой продукции. После пикового уровня в 1,4 млн тонн в сезоне 2024—2025 гг. импорт муки, как ожидается, снизится до 400 тыс. тонн, приблизившись к историческим значениям. В результате доля муки в совокупном импорте пшеницы сократится примерно до 15% против почти 60% годом ранее.

Ирак также сокращает закупки — на 500 тыс. тонн, до 700 тыс. тонн, что может стать минимальным уровнем с сезона 2007—2008 гг.

Как отмечают в IGC, снижение импорта обусловлено расширением внутренних мощностей по переработке зерна, мерами государственной поддержки и ростом собственного производства зерна. Дополнительным фактором стало значительное накопление запасов пшеницы в первой половине текущего сезона, преимущественно за счет поставок из Австралии и России. При этом дальнейшая динамика торговли может зависеть от возможных перебоев в регионе Персидского залива.

Прогнозы импорта пересмотрены в сторону снижения для Эфиопии, Узбекистана и Йемена, тогда как для Афганистана, Сирии и Боливии — повышены. Рост поставок в Боливию поддерживается активным экспортом из Аргентины. Импорт Афганистана увеличен на 500 тыс. тонн — до 3,8 млн тонн, при этом структура поставок остается стабильной: основными экспортерами выступают Узбекистан, Казахстан и в возрастающей степени Россия.

Сирия, столкнувшаяся с неурожаем и перебоями в работе мукомольной отрасли, наращивает закупки муки, главным образом из Турции. В сезоне 2025—2026 гг. импорт страны может достичь рекордного уровня в 1 млн тонн, что выведет ее на второе место среди крупнейших импортеров в мире.

На экспортном направлении отмечается снижение поставок из Египта — с 1,9 млн тонн до 600 тыс. тонн в годовом выражении. Турция, напротив, увеличит экспорт до 4,1 млн тонн, однако показатель останется ниже среднего уровня за последние пять лет. При этом часть переработчиков диверсифицирует производство, включая выпуск макаронных изделий, в том числе из мягкой пшеницы.

В предварительном прогнозе на сезон 2026—2027 гг. IGC ожидает умеренное восстановление мировой торговли мукой — до 16,2 млн тонн. Дальнейшая динамика будет зависеть от рентабельности импорта, государственной политики и уровня безопасности в ключевых странах-импортерах.

Ожидается, что импорт Ирака и Судана сохранится ниже прежних пиковых значений, тогда как закупки Афганистана могут продолжить рост на фоне развития торговых связей с Узбекистаном. Умеренное увеличение спроса прогнозируется и в странах Африки к югу от Сахары, где крупнейшим импортером может стать Сомали. Вместе с тем ряд стран региона, включая Эфиопию, Кению и Танзанию, активно инвестируют в развитие собственных мукомольных мощностей.

Экспорт Турции может вырасти до 4,3 млн тонн, однако останется ограниченным на фоне сдержанного спроса со стороны ключевых рынков сбыта. Египет также рассчитывает на увеличение поставок за счет выхода на новые рынки в Африке, однако прогноз на уровне 700 тыс. тонн остается ниже прежних максимумов, в том числе из-за сокращения спроса со стороны Судана.

Ограниченность предложения зерна может сдерживать экспорт из Казахстана, тогда как объемы поставок из России будут во многом зависеть от уровня экспортных пошлин на пшеницу.