При закрытом АЧБ и интервенционном поле 11100 рублей за тонну внутренний рынок абсорбирует максимум 25 процентов потерянного экспортного канала. Каналы абсорбции: экспорт через Балтику и Каспий 15,4 млн тонн при потенциале 23 млн тонн, дефицит 7,6 млн тонн. Интервенции 3 млн тонн. Мукомолы 19 млн тонн при потолке 13500 рублей за тонну. Фураж 51 млн тонн с давлением на цену. Глубокая переработка 2,5 млн тонн в 2025 году, рост до 5 млн тонн к 2030 году. Непоглощенный избыток 7,5 млн тонн требует ускорения проектов.

Мультипликатор стоимости глубокой переработки: кукурузный крахмал 3,2x, глютен 5,9x, DDGS 2,0x, пшеничный крахмал 3,5x, пшеничный глютен 6,5x, декстроза 2,6x. Расчет абсорбции: 5 млн тонн кукурузы дают 675 тыс. тонн крахмала, 140 тыс. тонн глютена и 1,65 млн тонн DDGS, итого 2,465 млн тонн продукта при средней цене 32000 рублей за тонну. Это создает спрос на сырье без давления на базовую цену. Экспорт продуктов глубокой переработки: кукурузный крахмал плюс 70 процентов, глютен плюс 80 процентов, модифицированные крахмалы плюс 45 процентов, DDGS плюс 25 процентов.

Глубокая переработка единственный канал, где избыток зерна конвертируется в продукт с ценой в 2,5-4 раза выше сырья. Текущая емкость 2,5 млн тонн покрывает только 17 процентов избытка. Без запуска проектов 2027-2028 годов избыток 7,5 млн тонн давит цену до 9500-10000 рублей за тонну, ниже себестоимости 70 процентов хозяйств. Если запуск проектов сдвинется на 12-18 месяцев из-за дефицита кредитования при ставке 14 процентов, интервенции придется расширить до 5-6 млн тонн, что ударит по бюджету. Глубокая переработка не опция, а необходимое условие для ценового равновесия 2027/28.

При закрытом АЧБ и интервенционном поле 11100 рублей за тонну внутренний рынок абсорбирует максимум 25 процентов потерянного экспортного канала. Каналы абсорбции: экспорт через Балтику и Каспий 15,4 млн тонн при потенциале 23 млн тонн, дефицит 7,6 млн тонн. Интервенции 3 млн тонн. Мукомолы 19 млн тонн при потолке 13500 рублей за тонну. Фураж 51 млн тонн с давлением на цену. Глубокая переработка 2,5 млн тонн в 2025 году, рост до 5 млн тонн к 2030 году. Непоглощенный избыток 7,5 млн тонн требует ускорения проектов.

Мультипликатор стоимости глубокой переработки: кукурузный крахмал 3,2x, глютен 5,9x, DDGS 2,0x, пшеничный крахмал 3,5x, пшеничный глютен 6,5x, декстроза 2,6x. Расчет абсорбции: 5 млн тонн кукурузы дают 675 тыс. тонн крахмала, 140 тыс. тонн глютена и 1,65 млн тонн DDGS, итого 2,465 млн тонн продукта при средней цене 32000 рублей за тонну. Это создает спрос на сырье без давления на базовую цену. Экспорт продуктов глубокой переработки: кукурузный крахмал плюс 70 процентов, глютен плюс 80 процентов, модифицированные крахмалы плюс 45 процентов, DDGS плюс 25 процентов.

Глубокая переработка единственный канал, где избыток зерна конвертируется в продукт с ценой в 2,5-4 раза выше сырья. Текущая емкость 2,5 млн тонн покрывает только 17 процентов избытка. Без запуска проектов 2027-2028 годов избыток 7,5 млн тонн давит цену до 9500-10000 рублей за тонну, ниже себестоимости 70 процентов хозяйств. Если запуск проектов сдвинется на 12-18 месяцев из-за дефицита кредитования при ставке 14 процентов, интервенции придется расширить до 5-6 млн тонн, что ударит по бюджету. Глубокая переработка не опция, а необходимое условие для ценового равновесия 2027/28.

Россия контролирует до 40% мирового рынка торговли аммиачной селитрой и около 10% мирового рынка азотных удобрений. Данные приводит отраслевая аналитика по итогам 2025 года. Селитра остаётся ключевой экспортной позицией азотного сегмента, на которую в периоде с декабря 2025 по май 2026 года была выделена квота в 2,6 млн тонн.

В периоде с июня по ноябрь 2026 года квота на селитру увеличена до более чем 4,2 млн тонн в составе общей квоты 20 млн тонн. Весной правительство дополнительно приостанавливало выдачу экспортных лицензий на селитру с 21 марта по 21 апреля, чтобы насытить внутренний рынок в пик полевых работ.

Крупная доля в мировой торговле делает российскую селитру системообразующим товаром для импортёров Южной Азии и Латинской Америки. Одновременно она повышает чувствительность мирового рынка к любым российским ограничениям экспорта. Именно это сочетание объясняет осторожную политику квотирования и периодические запреты на вывоз отдельных видов продукции.

Яйцо стало единственным продуктом в АПК, где оптовая и розничная цены разошлись на 4,5-кратную амплитуду за один сезон. В феврале 2026 года оптовая цена С1 составляла 110 руб./десяток, розница 104-114 руб. В конце мая опт упал до 25 руб./десяток, розница осталась 104-114 руб. Разрыв составил 316%. Себестоимость производства 40-50 руб./десяток. В конце мая опт упал на 40-50% ниже себестоимости, но розница не сдвинулась ни на рубль.

Основные причины, почему розница не падает. Первая — инвентарный буфер и ценовая инертность: крупные ритейлеры заключают оптовые контракты на 2-4 недели вперёд, розница отражает среднюю цену закупки за предыдущие 3-4 недели, а не текущий спот. Вторая — яйцо как трафик-драйвер: доля яйца в чеке 0,8-1,2%, маржа ритейлера 8-12% (вместо 15-25% на мясо), частота покупок 2-3 раза в неделю. Если снизить цену, это не увеличит продажи на 300%, спрос неэластичен (-0,15). Третья — структура цепочки добавленной стоимости: логистика и хранение 15-20 руб., упаковка и маркировка 8-12 руб., маржа оптовика 10-15 руб., маржа ритейлера 15-20 руб. Четвёртая — институциональная асимметрия: опт это конкурентный рынок с 7-8 крупными фабриками, розница это олигополия с X5, Магнит, Лента, Ашан, Пятёрочка.

Разрыв опта и полки на яйце не исчезнет, пока не изменится структура потребления (рост переработки) или структура ритейла (консолидация). Прогноз: при базовом сценарии опт стабилизируется на 30-35 руб., разрыв сохранится до конца 2026 года. При пессимистичном сценарии опт падает до 20 руб., розница не сдвинется ниже 90 руб. При оптимистичном сценарии рост переработки до 15% сузит разрыв до 150-200%. Уникальность яйца в том, что это единственный продукт, где спрос неэластичен, срок хранения короткий (25 дней), маржа ритейлера фиксирована в рублях, конкуренция на опте предельная, а переработка поглощает лишь 7% объёма.

Переход от Эль-Ниньо к Ла-Нинье в 2026/27 высоковероятен: 65 процентов к марту 2027 года. Это умеренный переход, не сигнальный, как в 2023/24. Для зерновых это означает: Аргентина умеренное снижение осадков в Пампасе на 10-15 процентов к норме, риск в фазе посевов. Австралия умеренное повышение осадков в восточном и южном регионах на 5-10 процентов. Россия Ла-Нинья в зимний период исторически коррелирует с более холодными зимами и снижением снежного покрова в Ростовской и Волгоградской областях. Это критично для озимых.

Запасы влаги в почве на 14 октября 2026 года: Ростовская область 65-70 процентов от нормы, Краснодарский край 70-75 процентов, Ставропольский край 60-65 процентов, Волгоградская область 55-60 процентов. Окно шока декабрь 2026 февраль 2027. Если Ла-Нинья реализует сценарий "холодная зима плюс низкий снег" с вероятностью 40 процентов, потери озимых в Ростовской и Волгоградской областях могут достичь 8-12 процентов. Это минус 1,5-2,5 млн тонн пшеницы от потенциала 2027/28. Пороги тревоги: толщина снега в Ростовской области менее 15 см к 15 января, минимальная температура в Волгоградской области менее минус 22 градусов.

Матрица вероятностей шока урожайности 2026/27: сценарий А "холодная зима плюс засуха в Пампасе" с вероятностью 25 процентов, потери озимых 10-12 процентов, дефицит Аргентины минус 20 процентов, итог для мирового баланса рост мировых цен на $30-50 за тонну. Сценарий Б "умеренная зима" с вероятностью 40 процентов, потери 5-8 процентов, дефицит Аргентины минус 10 процентов, рост цен на $15-25. Сценарий В "мягкая зима" с вероятностью 25 процентов, потери 2-4 процента, нейтрально. Сценарий Г "экстремальная Ла-Нинья" с вероятностью 10 процентов, потери 15+ процентов, критический шок плюс $60-80 за тонну.

В 2026 году маржа мукомольной отрасли достигла исторического максимума за последние 10 лет. При закупке пшеницы по 8500 рублей за тонну и выходе муки 72-74 процента себестоимость 1 тонны муки составляет около 11500 рублей. При оптовой цене муки 28000-30000 рублей за тонну маржа достигает 16500-18500 рублей за тонну муки, что эквивалентно 12000-13500 рублей за тонну пшеницы чистой маржи. Мукомолы главный внутренний покупатель высокопротеиновой пшеницы, их доля во внутреннем спросе 35-40 процентов. Платежеспособность мукомолов (потолок) 13000-13500 рублей за тонну.

Мукомолы задают потолок в 13000-13500 рублей за тонну на пшеницу 3 класса. Выше этого уровня маржа хлеба сжимается, и регулятор может вмешаться. Ниже маржа растет, и мукомолы готовы покупать больше. Хлеб социальный продукт, что закреплено в Постановлении Правительства РФ № 1042 от 2024 года. Цена хлеба в 2026 году составляет 58-61 рубль за килограмм против 68-72 рублей в 2022 году. Хлеб дешевле, чем в 2022 году, но маржа мукомола рекордная. Это временное окно, которое может закрыться при любом росте цен на хлеб.

Закупки пшеницы мукомолами в апреле-июне 2026 года составили 2,8 млн тонн при средней цене 12400 рублей за тонну. В июле-сентябре 0,9 млн тонн при цене 10200 рублей. На 10 октября 0,3 млн тонн за 10 дней при цене 8500 рублей. Запасы на элеваторах выросли с 1,2 до 2,8 млн тонн, доля запасов от месячного потребления с 35 до 84 процентов. Мукомолы не перестали покупать, они перестали спешить. Стратегия сменилась: зачем покупать по 10200, если через месяц будет 8500. Спрос не исчез, он отложен. Запасы мукомолов выросли на 133 процента за квартал.

В фуражном сегменте спред пшеница-кукуруза сузился с минус 700 рублей за тонну в апреле-июне до минус 200 рублей 10 октября. При цене пшеницы 7000 рублей за тонну в Поволжье она стала дешевле кукурузы, и фуражники начали массово переключаться. 80 процентов "потери спроса" это отложенный спрос.

Россия в сентябре увеличила экспорт пшеницы в Южную Корею почти в 10 раз по сравнению с тем же месяцем прошлого года - отгрузки достигли 12,3 миллиона долларов, следует из данных местной таможни, которые проанализировало РИА Новости.

Также заметно по сравнению с прошлым годом вырос экспорт в страну кукурузы - в полтора раза, до 7,3 миллиона долларов.

Россия в отчетном месяце стала третьим крупнейшим экспортером пшеницы в Южную Корею, уступая лишь США (46,8 миллиона долларов) и Австралии (19 миллионов долларов).