В 2024 году производственная себестоимость 1 центнера картофеля составила 1006 рублей, что на 17 процентов выше уровня 2023 года. Ключевые драйверы роста: удобрения и средства защиты растений, рост цен на которые составил 20—35 процентов в 2023—2024 годах; топливо и логистика, увеличение стоимости горюче-смазочных материалов на 15—20 процентов в 2024 году; рабочая сила, дефицит кадров в сельском хозяйстве привёл к росту фонда оплаты труда на 12—18 процентов в 2024—2025 годах. К 2025 году себестоимость выращивания картофеля достигла 20 рублей за килограмм по оценкам крупного хозяйства Ростовской области. По данным Картофельного союза, в 2026 году производственная себестоимость превысила 20 рублей за килограмм, что стало критическим порогом для рентабельности при закупочных ценах на уровне 17—20 рублей за килограмм в период обвала 2025 года.

В 2024 году рентабельность картофелеводства без учёта субсидий составила 26,8 процента, что стало максимальным показателем за последние годы. Однако этот рост был обусловлен не снижением себестоимости, а временным повышением закупочных цен в период дефицита. В 2025 году рентабельность резко снизилась. По данным руководителя крупного донского хозяйства, себестоимость выращивания достигла 20 рублей за килограмм, тогда как фермеры вынуждены продавать картофель по 17—18 рублей за килограмм в период массового урожая. Это означает работу в минус по каждому центнеру. В 2026 году ситуация усугубилась: при закупочных ценах на уровне 22—26 рублей за килограмм в августе—сентябре 2026 года рентабельность остаётся отрицательной для производителей с высокой долей затрат на семена и логистику. Картофельный союз оценивает, что при закупочной цене ниже 30 рублей за килограмм производство становится убыточным для большинства хозяйств.

Структура затрат на гектар для товарного производства картофеля включает следующие статьи. Затраты на семена составляют 40—50 процентов общих производственных затрат: оригинальный семенной картофель около 65 300 рублей на гектар в 2025 году, элитный семенной картофель около 48 500 рублей на гектар в 2025 году. Минеральные удобрения 15 000—20 000 рублей на гектар, средства защиты растений 8 000—12 000 рублей на гектар, механизация и горюче-смазочные материалы 12 000—15 000 рублей на гектар, рабочая сила 10 000—15 000 рублей на гектар, логистика и хранение 5 000—8 000 рублей на гектар. Для товарного производства картофеля на 1 гектар требуется порядка 2 тонн семенного материала. Барьеры входа в отрасль включают капитальные затраты на семена, зависимость от импортного семенного материала, инфраструктурный дефицит, дефицит рабочей силы, высокие капитальные затраты на переработку и ценовую волатильность. Инвестиционный климат в картофелеводстве оценивается как негативный в краткосрочной перспективе, 2026—2027 годы, и нейтральный в среднесрочной, 2028—2030 годы.

Китай контролирует примерно 75% мирового рынка действующих веществ для средств защиты растений. Это создает критическую зависимость российского рынка СЗР от китайских поставок. Даже при достижении 80% доли российских производителей на рынке готовой продукции, около 90% промежуточных компонентов для синтеза действующих веществ не производится в России.

Разрыв в ценах между китайской и российской продукцией составляет 80-130%. Китайский глифосат стоит 1,8-2,2 доллара за кг, российский импортный аналог - 3,5-4,2 доллара за кг. Это связано с масштабом производства китайских заводов, доступом к дешевому сырью и отсутствием регуляторных издержек.

Технологическая зависимость от Китая создает стратегический риск. При эскалации санкций или логистических разрывов российская промышленность СЗР теряет 80-90% сырьевой базы. Локализация синтеза действующих веществ на уровне 20% к 2030 году требует инвестиций в размере 50-70 млрд рублей.

       Агентство Moody’s опубликовало отчет, в котором говорится, что, несмотря на высокие цены на медь, растущие потребности в инвестициях нивелируют значительную часть выгод от прибыли, получаемой горнодобывающими компаниями в Чили.
       Чили — крупнейший в мире производитель меди — в настоящее время проходит через инвестиционный цикл, направленный, главным образом, на поддержание объемов добычи и восполнение истощающихся запасов на стареющих месторождениях.
       По оценке Moody’s, текущий инвестиционный цикл в отрасли способствует укрепляет долгосрочную конкурентоспособность, однако требует значительного финансирования в условиях роста издержек и операционных рисков. «Высокие цены на медь поддерживают прибыльность, но капитальные затраты поглощают значительную часть этой прибыли, делая производителей с высокими издержками уязвимыми перед возможной коррекцией цен», — отмечается в отчете Moody’s.
       С начала текущего квартала цены на медь на Лондонской бирже металлов выросли на 9%.
       В Moody’s отметили, что проекты по строительству опреснительных установок и сопутствующей инфраструктуры помогли решить ряд операционных проблем, в частности, вопрос доступа к воде на севере страны.
       Тем не менее отрасль продолжает испытывать давление из-за снижения содержания металла в руде и усложнения производственных процессов; эти факторы, наряду с ростом расходов на оплату труда, энергоносители и другие ресурсы, привели к увеличению себестоимости добычи.
       В отчете также указывается, что недавние реформы налоговой системы и процедур выдачи разрешений могут со временем стимулировать реализацию новых проектов.
       Наряду с чилийской государственной компанией Codelco, в стране работают такие мировые гиганты, как BHP, Glencore и Anglo American. 

В 2026 году российский экспорт картофеля демонстрирует беспрецедентный рост. По данным Россельхознадзора, в первом квартале 2026 года объём экспорта составил 104,6 тыс. тонн, что в 7,4 раза превышает показатель аналогичного периода 2025 года, когда было экспортировано 14,1 тыс. тонн. К концу первого полугодия 2026 года экспорт достиг 164 тыс. тонн, увеличившись в 10,9 раза год к году. Рост обеспечен преимущественно отгрузками свежего картофеля, что подтверждается данными Россельхознадзора о том, что именно картофель стал драйвером роста экспорта овощей, корнеплодов и клубнеплодов в целом.

Основным рынком сбыта остаются страны СНГ, в первую очередь Казахстан, который выступает ключевым покупателем российской продукции. Перспективными направлениями, по данным отраслевых аналитиков, являются Китай, ОАЭ, Сербия и страны Ближнего Востока. Смещение географии поставок связано с несколькими факторами. Во-первых, снижение импорта в Россию в 2026 году высвободило объёмы для экспорта. Во-вторых, ожидаемый минимум урожая в ЕС, менее 40 млн тонн, впервые за более чем 30 лет создаёт дефицит предложения на европейском рынке. В-третьих, развитие транспортных коридоров в направлении стран СНГ и Ближнего Востока снижает издержки на доставку, делая российские поставки конкурентоспособными.

Отдельным драйвером экспортного роста выступает сегмент картофельных чипсов. По итогам 2025 года экспорт этого продукта превысил 53 тыс. тонн на сумму 233 млн долларов США, что на 7 и 22 процента больше рекордных показателей 2024 года. Россия вошла в мировой топ-5 экспортёров картофельных чипсов, впервые за более чем 30 лет. Прогноз роста экспорта чипсов на 2026 год составляет 15 процентов, что может привести к объёму около 49 тыс. тонн на сумму 187,8 млн долларов. Этот сегмент характеризуется высокой добавленной стоимостью и меньшей чувствительностью к фитосанитарным требованиям по сравнению со свежим картофелем. Оценка годовых объёмов экспорта на 2026 год составляет 250—350 тыс. тонн при сохранении текущей траектории.

Только за последние пять лет цены на дрова в России удвоились. Проблема серьёзная.

Дрова на зиму запасают более 10 миллионов человек. В Адыгее — 10% населения, в Костромской области — каждый шестой, в Новгородской — каждый пятый, в Карелии и Курганской области — каждый четвёртый. В Забайкалье — почти половина семей, в Бурятии — 45,5%, в Хакасии — 40,4%, в Новосибирской и Томской областях — каждый пятый. В Тыве печное отопление — дрова или уголь — используют 82% домохозяйств.

Сколько нужно сжечь за зиму, чтобы не замёрзнуть? Если не экономить, за отопительный сезон, который длится почти полгода, в среднем уходит до 12 кубометров дров — это примерно 36 тысяч рублей. Для дома в 100 квадратных метров норматив — 10—12 кубометров, для утеплённого дома в 50 "квадратов" достаточно вполовину меньше. По закону граждане имеют право заготовить дрова для себя: например, до 20 кубометров в год в Архангельской области или около 15 кубометров в Кировской и Саратовской областях.

Но этих норм часто не хватает на всю зиму, а цены кусаются: кубометр берёзовых дров в Подмосковье уже стоит около 3500 рублей, а в Забайкалье машина дров обходится в 18—40 тысяч рублей. Газовое отопление есть далеко не везде, топить электричеством очень дорого, а дровами — привычно. Вот только цены в лесничествах и у частных поставщиков продолжают ползти вверх. Тому есть ряд причин. Себестоимость дров — это не просто цена срубленного дерева, туда входит много других расходов.

В Европе, которая в связи с дефицитом газа всё больше задумывается о твёрдом топливе, цены на дрова превышают наши раз в десять. Но этот рынок для России закрыт: "дровопровод", как и газопровод, из-за санкций больше не работает. Поэтому наши цены к западным никак не привязаны.

Однако проблема кроется глубже. Значительная часть мелкотоварной древесины (включая осину), которая раньше шла на экспорт, теперь перерабатывается внутри страны в тарную доску, поддоны и палеты. Это вынужденная мера, позволяющая сохранить загрузку предприятий. Но она же создаёт и внутреннюю конкуренцию за сырьё: ту же осину можно пустить и на тару, и на дрова, и выбор часто делается в пользу более маржинального продукта. Проблемы пенсионера у едва тёплой печки бизнес не колышут.

Подробнее см. Дрова как роскошь для богатых

Товар: Содружество Подсолнечник_2026, с НДС
Заказчик: ООО Торговый дом «Содружество»
Базис и условия поставки: Поставка Товара автомобильным или железнодорожным транспортом в течение 15 дней на условиях DAP КурскАгроТерминал (Инкотермс 2020)
Средневзвешенная цена: 27500 руб./т

https://www.zol.ru/n/42342

С 1 июля 2025 года Европейский союз ввел специфические пошлины на российские удобрения. Это привело к сокращению экспорта в ЕС в 3,7 раза за январь-июль 2026 года по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Если в 2024 году экспорт в ЕС составлял около 5,0 млн тонн, то за январь-июль 2026 года он сократился до 1,3 млн тонн.

Базовая ставка пошлины составляет 6,5%, к которой добавляется специфическая пошлина в размере 40-45 евро за тонну. К июлю 2028 года специфическая пошлина вырастет до 315-430 евро за тонну. При такой ставке российская продукция становится неконкурентоспособной на европейском рынке, так как пошлина превышает стоимость самого удобрения.

Производители были вынуждены перенаправить экспортные потоки на рынки БРИКС. Доля ЕС в общем экспорте российских удобрений снизилась с 11,1% в 2024 году до 2,9% в 2026 году. Основной объем был перенаправлен в Бразилию, Индию и Китай. Однако это увеличило логистические издержки и снизило маржинальность поставок.