В сентябре 2026 года цены на пшеницу опустились ниже уровня себестоимости. Стоимость тонны пшеницы 3 класса у перекупщиков на юге падала до 5 000 рублей. Фуражная пшеница торговалась по 7 440 рублей при затратах на производство 9 000 рублей. Закупки сельхозорганизаций в сентябре упали на 26,4% в годовом выражении. Аграрии придерживали зерно, но не могли долго это делать.

Причиной послужило резкое сокращение каналов сбыта. Экспорт через южные порты остановился. Зерно осталось в хозяйствах, заполнив склады и открытые площадки. Сентябрьский намолот составил 20,9 млн тонн против 32,8 млн тонн годом ранее. Это создало локальный профицит на внутреннем рынке при отсутствии внешнего спроса. Давление на цены усилилось.

Аграрии были вынуждены продавать урожай в убыток для обслуживания кредитов и выплаты аренды. При урожае в 50 тыс. тонн потери хозяйства достигали 300-350 млн рублей. В Краснодарском крае около 65% хозяйств продавали зерно ниже себестоимости. Убыток на тонну составлял от 6 000 до 7 000 рублей. Это подорвало финансовую устойчивость производителей.

Восстановление цен началось в октябре. Пшеница 3 класса подорожала до 10 155 рублей за тонну. Однако текущие цены все еще ниже себестоимости в ряде южных регионов. На Балтике экспортеры получают прибыль, которая не доходит до производителей. Разрыв между ценами FOB и EXW остается значительным. Для полного восстановления отрасли требуется нормализация логистики.

В сентябре 2026 года цены на пшеницу опустились ниже уровня себестоимости. Стоимость тонны пшеницы 3 класса у перекупщиков на юге падала до 5 000 рублей. Фуражная пшеница торговалась по 7 440 рублей при затратах на производство 9 000 рублей. Закупки сельхозорганизаций в сентябре упали на 26,4% в годовом выражении. Аграрии придерживали зерно, но не могли долго это делать.

Причиной послужило резкое сокращение каналов сбыта. Экспорт через южные порты остановился. Зерно осталось в хозяйствах, заполнив склады и открытые площадки. Сентябрьский намолот составил 20,9 млн тонн против 32,8 млн тонн годом ранее. Это создало локальный профицит на внутреннем рынке при отсутствии внешнего спроса. Давление на цены усилилось.

Аграрии были вынуждены продавать урожай в убыток для обслуживания кредитов и выплаты аренды. При урожае в 50 тыс. тонн потери хозяйства достигали 300-350 млн рублей. В Краснодарском крае около 65% хозяйств продавали зерно ниже себестоимости. Убыток на тонну составлял от 6 000 до 7 000 рублей. Это подорвало финансовую устойчивость производителей.

Восстановление цен началось в октябре. Пшеница 3 класса подорожала до 10 155 рублей за тонну. Однако текущие цены все еще ниже себестоимости в ряде южных регионов. На Балтике экспортеры получают прибыль, которая не доходит до производителей. Разрыв между ценами FOB и EXW остается значительным. Для полного восстановления отрасли требуется нормализация логистики.

Профицит сахара в России приобрел системный характер. В сезоне 2025/26 избыток оценивается примерно в 1,5 млн тонн. За последние десять лет этот показатель вырос с 0,4 млн тонн. Внутренний рынок потребляет около 4,8 млн тонн сахара, тогда как выработка достигает 6,3 млн тонн. Диспропорция сохраняется на протяжении одиннадцати сезонов подряд, что указывает на структурный характер проблемы.

Основной проблемой сбыта остается отсутствие тарифной квоты на поставки в Китай. Ранее доля этой страны в экспорте составляла 12-15%. Без квоты маржинальность экспорта падает до 3-5%, что ниже порога рентабельности. Экспортные дисконты на внешнем рынке достигают 12-18% к базовой цене. Это делает поставки за рубеж экономически нецелесообразными для большинства заводов.

Альтернативные направления, такие как Ближний Восток и Африка, не компенсируют потери. Их совокупный объем оценивается в 300-350 тыс. тонн. В результате избыток давит на внутренние цены и снижает рентабельность переработки. Ожидается, что без решения вопроса квот профицит продолжит расти. В текущем сезоне рентабельность заводов снижается до 8-11%. При сохранении текущей динамики дисконты могут увеличиться до 20%.

Стоимость подработки (сушки и очистки) подсолнечника выросла с 1850 рублей за тонну в 2023 году до 2590 рублей в 2026 году. Рост составил 40%.

Основной вклад — рост тарифов на газ для промышленных потребителей и электроэнергию. Доля энергетических затрат в себестоимости подработки достигла 72%.

Реакция фермеров — массовые инвестиции в собственные сушильные комплексы. За 2024-2026 годы в ЮФО и ПФО введено 512 новых комплексов, из них 75% — промышленные газовые сушилки мощностью свыше 100 тонн в сутки.

Стоимость подработки (сушки и очистки) подсолнечника выросла с 1850 рублей за тонну в 2023 году до 2590 рублей в 2026 году. Рост составил 40%.

Основной вклад — рост тарифов на газ для промышленных потребителей и электроэнергию. Доля энергетических затрат в себестоимости подработки достигла 72%.

Реакция фермеров — массовые инвестиции в собственные сушильные комплексы. За 2024-2026 годы в ЮФО и ПФО введено 512 новых комплексов, из них 75% — промышленные газовые сушилки мощностью свыше 100 тонн в сутки.

За первые две декады октября ячмень и кукуруза экспортировались исключительно в направлении Ирана. Ячменя вывезено 61 тыс. т, что в 5,7 раза меньше прошлогоднего уровня, кукурузы 51 тыс. т, снижение в 2,2 раза. Фуражный экспорт полностью замкнулся на один рынок.

Иран стал третьим покупателем российского зерна с долей 8,2% в экспорте и объёмом 2,4 млн т за восемь месяцев, прибавив 70% к прошлому году. С середины июля по конец августа поставки выросли ещё в полтора раза, до 0,9 млн т, когда каспийский канал принял часть нагрузок с юга.

Концентрация фуражного вывоза на одном покупателе создаёт риск для ячменного и кукурузного экспорта. Фрахт из Астрахани в Иран достиг 117-122 долл. за тонну и дорожает десятую неделю подряд. При зимних ставках 125-135 долл. закупочный потолок экспортёров падает до 9,3-10 тыс. руб. за тонну, и поставки фуража становятся нерентабельными.

Государство выделило около 10 млрд руб. субсидий на железнодорожный тариф для перевозки зерна по восточному направлению. Мера призвана компенсировать удорожание доставки на маршрутах в Китай и страны Центральной Азии после закрытия южных портов.

Восточный вектор стал приоритетом сезона: Китай закупает российское зерно точечными партиями, Казахстан и Центральная Азия увеличили спрос. При этом ж/д плечо из Поволжья и Сибири до дальневосточных портов достигает нескольких тысяч километров, и без субсидии такие поставки теряют рентабельность.

Ограничителем остаётся не тариф, а физическая инфраструктура: вагонный парк и пропускная способность направлений. Погрузка зерна на сети уже выросла на 44% за девять месяцев, и дальнейший рост требует высвобождения подвижного состава с других грузов.

Украина к 12 октября экспортировала 5,66 млн т зерна против 7,9 млн т на аналогичную дату прошлого сезона.

Черноморские проблемы касаются обеих сторон региона: украинские отгрузки также фактически остановились на фоне прекращения судоходства. До кризиса два черноморских экспортера давали около 7,2 млн т зерна в месяц.

Сокращение предложения с обеих сторон Черного моря стало одним из драйверов роста мировых цен с июля. При этом импортеры начали переключаться на Австралию и Аргентину, чей новый урожай выходит на рынок во второй половине сезона