Структура потребления топлива в российском сельском хозяйстве претерпевает значительные изменения. За период с 2024 по 2026 год доля газомоторного топлива (СПГ/КПГ/Пропан) в общем объеме выросла с 5,3% до 7,4%, что в абсолютных цифрах означает рост потребления с 0,60 до 0,85 млн тонн. Это наиболее динамично растущий сегмент, демонстрирующий прирост в 41,6%.

Основным драйвером перехода на газ является переоборудование автопарка для междугородних перевозок сельхозпродукции и использование газозаправочных станций на собственных базах крупных агрохолдингов. В южных регионах, таких как Краснодарский край и Ростовская область, доля газа в парке тракторов уже достигла 12%, что позволяет снизить себестоимость логистики и полевых работ на 20—30% по сравнению с дизельным топливом.

На этом фоне абсолютный объем потребления дизельного топлива стабилизировался и начал медленно снижаться (на 1,8% с 2024 по 2026 год), уступая место более экономичным видам топлива. Одновременно с этим растет потребление бензина (+5,1%), что связано с увеличением парка легкового транспорта и использованием бензиновых генераторов в удаленных зонах.

Доля импорта на российском рынке гречихи стабильно держится на уровне 1,8—2,3%, что подтверждает высокую степень самообеспеченности страны. Даже при рекордном сокращении собственного производства в 2025 году, доля внешних поставок не превысила 1,9%. В абсолютных цифрах объем импорта в 2025 году составил около 11,5 тыс. тонн, что носит исключительно нишевый и компенсационный характер.

Основным поставщиком гречневой продукции в Россию остается Казахстан с долей 58%, что объясняется близостью логистики и отсутствием валютных ограничений. Вторым крупным поставщиком является Беларусь (22%), а на третьем месте — Китай (12%). Импорт из стран ЕС и третьих стран, реализуемый через механизм параллельного импорта, занимает всего 8% и составляет около 3,8—4,0 тыс. тонн в год.

Риски параллельного импорта, по оценкам экспертов, остаются высокими из-за фитосанитарных требований, сложностей с интеграцией в ФГИС «Меркурий» и логистической фрагментации. Однако даже в случае сбоев поставок из-за рубежа, системной угрозы для рынка это не представляет, так как отечественное производство покрывает базовый спрос.

Анализ маржинальности за сезон 2025/2026 показывает, что кукуруза остается самой прибыльной культурой на юге России. В Краснодарском крае чистая маржа с гектара кукурузы составляет 19 800 рублей, что на 50% выше, чем у подсолнечника (13 200 руб./га), и на 55% выше, чем у сои (12 800 руб./га). Рентабельность инвестиций (ROI) для кукурузы достигает 145%, в то время как у пшеницы в ЦФО этот показатель едва превышает 52%.

Высокая доходность объясняется плотностью посева и значительным объемом собранной продукции с гектара, что компенсирует высокие затраты на семена и СЗР. Однако в засушливых регионах, таких как Ростовская область, разница между кукурузой и подсолнечником сокращается до 15-20%, что делает подсолнечник более привлекательным как «защитный актив» при высокой долговой нагрузке хозяйств.

В Центрально-Черноземном регионе наблюдается тренд замещения пшеницы кукурузой. Соотношение урожайности кукурузы к пшенице (2,0—2,2 против ценового спреда 1,45—1,50) делает экономическую выгоду очевидной, что привело к сокращению пшеничных площадей в Воронежской и Белгородской областях на 12-15%.

      
      Как сообщает агентство Reuters, китайская государственная компания China Mineral Resources Group (CMRG) призвала ряд отечественных трейдеров закупать партии железной руды через собственную торговую платформу. По словам источников, это может стать шагом к усилению контроля Пекина над торговлей и ценообразованием на ключевое сырье для производства стали.
      На встрече в четверг CMRG предложила около 12 трейдерам приобретать железную руду через онлайн-платформу, созданную государственной компанией. Об этом сообщили три источника, знакомые с ситуацией и пожелавшие сохранить анонимность.
      CMRG была создана в 2022 году для усиления влияния Китая на формирование цен на железную руду — крупнейшим потребителем этого сырья в мире. По словам одного из источников, компания стремится увеличить объем сделок через собственную платформу, чтобы получить более полное представление об уровне цен и усилить контроль над рынком.
      CMRG не ответила на запрос о комментарии.
      В настоящее время трейдеры обычно закупают железную руду непосредственно у горнодобывающих компаний либо через открытые торговые платформы, такие как Corex и globalORE. Основными пользователями платформы CMRG пока остаются металлургические предприятия, закупающие партии сырья.
      По словам источников, на встрече государственная компания не предоставила трейдерам подробной информации, в том числе о том, когда именно они должны начать пользоваться платформой.
      «В ближайшей перспективе заставить трейдеров перейти на эту платформу будет сложно, поскольку сейчас у CMRG недостаточно объемов доступных партий железной руды, чтобы удовлетворить все потребности», — отметил второй источник.
      

      
      Американская Nucor Corporation инвестирует $59 млн в расширение производственной площадки Vulcraft Indiana в городе Сент-Джо, штат Индиана. Проект предусматривает запуск производства стальной решетки (steel grating) и создание 20 постоянных рабочих мест.
      По словам исполнительного вице-президента Nucor по производству строительных металлоконструкций Джона Холлатца, инвестиции укрепят возможности компании в сфере переработки стали и производства продукции с более высокой добавленной стоимостью. Это уже четвертый крупный инвестиционный проект Nucor в Индиане за последние годы после вложений в предприятия в Кроуфордсвилле и Уотерлоо.
      Компания Vulcraft, приобретенная Nucor в 1962 году, сегодня управляет девятью предприятиями в Северной Америке и является ведущим производителем в США стальных ферм с открытой решеткой, балок-ферм  и стального настила для строительства коммерческих и других нежилых объектов.