В 2026 году присутствие иностранных семеноводческих компаний на российском рынке функционирует в строгом соответствии с требованиями Постановления Правительства РФ № 2012 от 12.12.2025 и правилами локализации, вступившими в силу 1 сентября 2023 года. Ключевым регуляторным условием является создание совместных предприятий (СП) с долей российских резидентов не менее 51 процента, что закреплено в нормативных актах и применяется ко всем иностранным поставщикам из недружественных юрисдикций. Данный механизм трансформировал структуру рынка, вынудив глобальные селекционные центры адаптировать бизнес-модели под требования передачи технологий и локализации производства.

Аграрное подразделение Bayer CropScience восстановило позиции в сегменте соевых семян после урегулирования правовых конфликтов с Corteva в 2025—2026 годах. Работа осуществляется через локализованные структуры, соответствующие требованиям к СП. Компания фокусируется на поставках семян подсолнечника и кукурузы в рамках выделенных импортных квот, сохраняя контроль над генетическим ядром гибридов F1. Syngenta сохранила активы и продолжает работу через совместные предприятия, получив значимые доли в распределении импортных квот, особенно в сегментах сахарной свёклы и подсолнечника. В 2026 году компания адаптировала селекционные программы под российские условия, передав часть генетического материала российским партнёрам для дальнейшей адаптации и регистрации в Госреестре.

Corteva после урегулирования конфликта с Bayer возобновила поставки семян сои и кукурузы через локализованные структуры с долей российского капитала не менее 51 процента. Фокус смещён на гибриды F1 для зерновых и масличных культур, поставляемые в рамках установленных квот. KWS, немецкий производитель сахарной свёклы и рапса, сохранил присутствие через СП, получив значительные квоты на ввоз семян данных культур. Компания продолжает работу по адаптации гибридов к российским почвенно-климатическим условиям, сотрудничая с российскими НИИ и селекционными центрами. По данным на сентябрь 2026 года, около 60—70 процентов общей квоты в 15 000 тонн распределено между KWS, Syngenta и Bayer.

Объем отгрузок сельскохозяйственной техники в 2025 году составил 114,3 млрд рублей, что на 26,5% ниже уровня 2024 года. В 2026 году прогнозируется незначительный рост до 118,0—122,0 млрд рублей. Отгрузка тракторов упала на 37% к 2024 году, комбайнов — на 50%. Индекс цен на тракторы вырос на 70—80% в 2025 году и прогнозируется на уровне +85—95% в 2026 году. Индекс цен на комбайны вырос на 40% в 2025 году и ожидается на уровне +45—50% в 2026 году. С 1 января 2026 года утилизационный сбор на сельскохозяйственную технику проиндексирован на 15%, что напрямую увеличило себестоимость производства и розничные цены на новые машины.

Объем финансирования программы Минпромторга №1432 по поддержке отечественного машиностроения в 2026 году составляет 10 млрд рублей, что покрывает лишь половину от оценочной потребности отрасли в 20 млрд рублей. Программа льготного лизинга через Росагролизинг в 2026 году выделена в объеме более 15 млрд рублей на поставку 6,6 тыс. единиц техники. Доля китайской сельскохозяйственной техники на рынке достигла 35—40% в натуральном выражении, однако сервисное обслуживание и доступность запчастей остаются критическим ограничителем. Сокращение отгрузок отражает не снижение потребности в технике, а вынужденную консервацию инвестиционных программ хозяйств из-за недоступности заемных средств.

При ключевой ставке ЦБ РФ выше 14% годовых коммерческий лизинг становится экономически нецелесообразным, что переносит спрос на льготные программы, лимиты которых исчерпываются в первом квартале. Утилизационный сбор в 15% и рост цен на технику опережают темпы роста рентабельности растениеводства, что приводит к увеличению срока окупаемости новых машин с 4—5 до 7—8 лет. Формируется риск технологического отставания: хозяйства вынуждены продлевать эксплуатацию техники старше 10 лет, что увеличивает затраты на ремонт и снижает операционную эффективность. Без стабилизации ключевой ставки и увеличения лимитов льготного лизинга ожидается дальнейшее старение парка техники.

Минсельхоз рассматривает возможность закупки 1—3 млн т зерна урожая 2026 года в интервенционный фонд. ОЗК уже ищет мощности для хранения, а регионы Юга (Ставрополь, Ростов) просят увеличить объемы интервенций. Ожидание государственных закупок создает асимметрию спроса на бирже, где государственные участники могут доминировать над частными трейдерами. Реализация плана закупок сталкивается с рядом операционных и инфраструктурных ограничений. Российская зерновая компания (ОЗК), выступающая оператором интервенций, ведет поиск дополнительных мощностей для хранения закупаемого зерна.

Региональные власти Ставропольского и Ростовского краев инициировали запросы на увеличение объемов закупок в связи с локальным переизбытком продукции и логистическими затруднениями. Себестоимость производства пшеницы оценивается в 12 000 руб./т, что превышает текущие спотовые цены на юге России (8 500-9 500 руб./т для 3 класса без НДС) и цены производителей по данным Росстата за июль 2026 года (12 419 руб./т). Оценка эффективности интервенционного механизма требует учета масштабов рынка. Валовой сбор пшеницы в 2026 году прогнозируется на уровне 87-92,5 млн тонн. Планируемая закупка 1-3 млн тонн составляет менее 3,5% от общего объема производства.

Следовательно, интервенции выполняют функцию ценового якоря и сигнального инструмента, а не основного канала абсорбции излишков. Полное устранение дисбаланса требует восстановления экспортных каналов или масштабного снижения внутренних цен до уровня себестоимости. В условиях обнуления экспортных пошлин, планируемого до конца 2026 года, интервенционные закупки могут быть скорректированы. Государство может приоритизировать поддержание экспортного потенциала над накоплением запасов в фонде. Тем не менее, текущий разрыв в ценах делает запуск закупочных интервенций экономически обоснованным шагом для минимизации социальных рисков в аграрном секторе.

       Объем ввоза алюминиевой фольги (группа ТНВЭД 7607) в Россию в январе—июле 2026 года составил 11,57 тыс. т на общую сумму $53,34 млн, сообщает китайская таможня. Это на 26,2% меньше в количественном выражении и на 15,6% меньше в стоимостном по сравнению с аналогичным периодом прошлого года (15,68 тыс. т на $63,19 млн). Средняя цена поставок выросла с $4,03 до $4,61 за кг (+14,3%).
      В июле 2026 года импорт из Китая достиг 1,72 тыс. т на $8,57 млн, что на 17,9% меньше по объему и на 0,1% меньше по стоимости, чем в июле 2025 года (2,10 тыс. т на $8,57 млн).
      Наибольшую долю в поставках заняла фольга без основы (код 760711) — 7,59 тыс. т на $36,51 млн за январь—июль 2026 года (снижение на 26,8% по объему и на 12,2% по стоимости к аналогичному периоду 2025 года). Поставки фольги на основе (код 760720) составили 3,12 тыс. т на $12,24 млн (-14,5% по объему, -10,1% по стоимости).

С июля 2026 года на фоне атак беспилотных летательных аппаратов на портовую инфраструктуру Новороссийска работа крупнейших экспортных терминалов была прекращена. Это привело к резкому падению объема заявок на экспортные фьючерсы и форварды на Национальной товарной бирже. Ликвидность сместилась во внутренний сегмент, где преобладают спотовые сделки в базисе EXW, что снижает прозрачность ценообразования для экспортно ориентированных участников рынка.

Сокращение терминальных мощностей напрямую отразилось на объемах вывоза зерна. По оценкам аналитических агентств, экспорт пшеницы в сентябре 2026 года составит 1,6—2,3 млн тонн, что на 52—63% ниже показателей аналогичного периода 2025 года (4,8 млн тонн). Пятилетняя средняя величина сентябрьского экспорта составляет 4,9 млн тонн, что подчеркивает аномальный характер текущего снижения. В первой декаде сентября 2026 года отгружено 294 тыс. тонн, что в 6,5 раза меньше среднемесячного показателя.

В условиях блокировки черноморских маршрутов трейдеры и экспортеры вынуждены перенаправлять потоки зерна через альтернативные логистические узлы. Основные объемы переориентируются на порты Балтийского бассейна (Усть-Луга, Приморск, Санкт-Петербург), Дальнего Востока (Владивосток, Восточный) и Каспийского бассейна (Астрахань, Махачкала). Однако пропускная способность этих направлений ограничена. Железнодорожное плечо до балтийских портов превышает черноморское на 1500—2000 км, что увеличивает транспортные расходы и снижает рентабельность поставок.