Аккумуляторы для ноутбуков

Падение стоимости карбамида и аммиачной селитры в июне произошло на фоне деэскалации конфликта в Персидском заливе и увеличения экспорта из Китая, сообщило издание.

Экспортные цены на российские азотные удобрения - карбамид и аммиачную селитру в июне снизились на 22-40% на фоне деэскалации конфликта в Персидском заливе и увеличения экспорта из Китая. Об этом сообщают "Ведомости" со ссылкой на данные агентства Metals & Mining Intelligence (MMI) и Центра ценовых индексов (ЦЦИ).

По данным MMI, цена на карбамид на базисе FOB Балтика на 25 июня составила $365-373 за тонну, что на 35-40% меньше, чем в конце мая. Аммиачная селитра стоила $335 за тонну, что на 22% ниже показателя на конец мая. Данные ЦЦИ на 26 июня также фиксируют снижение: карбамид подешевел на 32% до $368-373 за тонну, селитра - на 23% до $360 за тонну.

Как пояснил представитель ЦЦИ, основной причиной снижения котировок является деэскалация конфликта в Персидском заливе, которая привела к оживлению судоходства в регионе. В марте - апреле на фоне вооруженного противостояния США и Израиля с Ираном и блокады Ормузского пролива цены на карбамид достигали $815-860 за тонну, на селитру - $530-535 за тонну.

Аналитики отмечают, что текущее снижение цен превосходит ожидания отраслевых экспертов. Это обусловлено увеличением предложения на мировом рынке за счет смягчения экспортных ограничений в Китае, а также завершением крупного тендера на импорт карбамида в Индию, где цены снизились более чем вдвое до $447 за тонну.

По прогнозу ЦЦИ, в июле цены на карбамид стабилизируются, а к концу III квартала могут вернуться к росту за счет сезонной активизации закупок в Бразилии и Индии.

       Согласно внутреннему документу, оказавшемуся в распоряжении агентства Reuters, главными угрозами конкурентоспособности испытывающей трудности чилийской государственной медной корпорации Codelco являются стремительный рост издержек (превышающих показатели мировых конкурентов более чем в полтора раза) и высокая долговая нагрузка.
       В документе отмечается, что по сравнению с отраслевыми конкурентами у Codelco «значительно более высокие» затраты: прямые производственные расходы (показатель C1) на 57% превышают аналогичные показатели крупных международных горнодобывающих компаний и на 72% — показатели основных предприятий внутри страны.
       «Основной разрыв в конкурентоспособности, выявленный в ходе сравнения, связан с операционными расходами, которые остаются значительно выше международных и национальных отраслевых стандартов», — говорится в отчете.
       Анализ также показал, что соотношение чистого долга компании к показателю EBITDA составляет 3,8x, тогда как у мировых горнодобывающих компаний этот показатель равен 0,7x, а в среднем по отрасли в Чили — 0,5x.
       Качество минерально-сырьевой базы не является, согласно отчету, главным фактором, снижающим конкурентоспособность по сравнению с соперниками. Согласно документу, среднее содержание меди в руде у Codelco составляет 0,62% (против 0,59% на месторождениях других компаний в среднем), хотя этот показатель и ниже, чем у ряда других чилийских добывающих компаний (0,8%).
       «Ключевые задачи Codelco связаны с повышением операционной конкурентоспособности, ростом рентабельности и увеличением отдачи от уже сделанных значительных инвестиций, а не с масштабами производства или качеством ресурсной базы», ​​— отмечается в отчете. Также указывается, что сравнение выявило «значительный потенциал для улучшения показателей производительности, операционной эффективности и экономических результатов».
       В последнем финансовом отчете компания сообщила о росте затрат на ряде своих рудников по разным причинам, включая несчастный случай со смертельным исходом на руднике El Teniente, низкое содержание меди в руде на месторождении Ministro Hales, а также расходы на техническое обслуживание на рудниках Chuquicamata, El Salvador и Gabriela Mistral.
       Рост издержек также был обусловлен укреплением национальной валюты, удорожанием материалов и снижением объемов производства. После скандала, связанного с завышением данных об объемах добычи, новый председатель совета директоров Codelco Бернардо Фонтейн заявил, что проводит пересмотр всех операций и проектов компании с целью реструктуризации инвестиционных и производственных планов. По закону компания Codelco обязана перечислять всю свою прибыль государству, поэтому основным источником финансирования для нее стали заемные средства. Объем долга также резко вырос из-за реализации многомиллиардных проектов по расширению рудников, призванных компенсировать снижение содержания меди в руде; но проекты столкнулись с просчетами, перерасходом средств и авариями.

Поставки гречки из России в Грузию в мае достигли максимума за четыре года, увеличившись в месячном выражении на 40%, подсчитало РИА Новости по данным грузинской статслужбы.

Грузия за май нынешнего года импортировала российской гречки на 724,8 тысячи долларов, что стало максимумом с апреля 2022 года - тогда стоимость поставок составила 1,06 миллиона долларов. За месяц импорт вырос на 40%, а в годовом выражении - в 2,3 раза.

Всего за январь-май Грузия приобрела у России гречки на 2,2 миллиона долларов, что в полтора раза больше, чем за аналогичный период прошлого года.

Ранее РИА Новости сообщало, что Грузия в нынешнем мае увеличила импорт из России пшеницы на 22%, до 7,98 миллиона долларов, и кукурузы - в 3,2 раза, до 1,3 миллиона долларов.

На фоне быстрого роста численности населения страны Африки к югу от Сахары увеличат зависимость от внешних закупок основных продуктов питания: чистый импорт продовольствия в регион увеличится на 55% к 2035 году, следует из прогноза ФАО и ОЭСР. Ожидается, что доля импорта в общем объеме потребления региона возрастет с 20% в период 2023—2025 годов до 22% в 2035 году.

Зерновые останутся важной частью рациона питания, причем кукуруза будет занимать лидирующие позиции. Потребление риса, сахара и продуктов животноводства также увеличится, чему будут способствовать урбанизация и рост среднего класса. Совокупное потребление мяса в Африке к югу от Сахары увеличится примерно на 32%. Что касается морепродуктов, то в Африке будет зафиксирован самый быстрый рост их потребления в мире — примерно на 20% к 2035 году, что почти вдвое превысит среднемировой показатель.

Agence Ecofin

Когда говорят об экономике Ростовской области, большинство вспоминает зерно, рынки и торговые центры. Однако именно промышленность, а не сельское хозяйство или торговля, остается главным источником доходов региона. Почему Ростовскую область нельзя считать сырьевым регионом, какие предприятия обеспечивают экономическую устойчивость Дона и где скрыт многомиллиардный потенциал роста, «Блокнот Ростов» рассказала кандидат юридических наук, доцент кафедры иностранных языков и межкультурной коммуникации Финансового университета при Правительстве РФ Ольга Климова.

По словам эксперта, основу экономики Ростовской области формируют три отрасли: обрабатывающая промышленность, торговля и сельское хозяйство. На их долю приходится почти половина всего валового регионального продукта. При этом именно промышленность занимает первое место, обеспечивая около 18% ВРП, торговля — около 16%, а сельское хозяйство — примерно 11%.

— Важно понимать: Ростовская область — не сырьевой, а перерабатывающий регион. Это принципиально отличает ее от многих соседних субъектов ЮФО. Более 80% доходов областного бюджета формируются за счет собственных налоговых и неналоговых поступлений, что говорит о высокой финансовой самостоятельности региона, — отмечает Ольга Климова. 

По данным эксперта, совокупная выручка предприятий оптовой торговли в 2024 году составила более 2,2 трлн рублей. Второе место заняли производители пищевой продукции, заработавшие около 464 млрд рублей. При этом именно глубокая переработка сельхозсырья позволяет оставлять добавленную стоимость внутри региона.

— Если говорить простыми словами, Ростов и область кормит промышленность в связке с агропромышленным комплексом. Именно заводы создают высокооплачиваемые рабочие места, обеспечивают налоговые поступления и дают заказы сотням смежных предприятий. АПК поставляет сырье для переработки и экспорта. Торговля и строительство важны, но остаются вторичными по отношению к производственному ядру экономики, — объясняет специалист.

Одновременно эксперт считает, что некоторые отрасли жители, наоборот, недооценивают. В первую очередь это энергетическое машиностроение, химическая промышленность и металлургия. Например, производство транспортного оборудования в Ростовской области за прошлый год выросло почти втрое, что свидетельствует о серьезном промышленном росте.

Если представить ситуацию, при которой регион потеряет одну из ключевых отраслей, наиболее тяжелыми последствия окажутся именно для машиностроения.

— Исчезновение таких предприятий, как «Ростсельмаш», «Атоммаш» или Новочеркасский электровозостроительный завод, означало бы потерю десятков тысяч высококвалифицированных рабочих мест и разрушение производственных цепочек, восстановить которые быстро невозможно, — отмечает Ольга Климова.

Эксперт также рассказала, какие направления, по ее мнению, пока используются далеко не в полной мере. Одним из главных резервов она считает глубокую переработку зерна и масличных культур. Сейчас область экспортирует преимущественно сырье, тогда как продукты его переработки стоят значительно дороже. Так, этой деятельностью сейчас занимается Юг Руси — крупнейший маслоперерабатывающий завод.  

Вторым перспективным направлением остается туризм. Несмотря на богатую историю, донскую культуру и выгодное расположение, туристический потенциал Ростова и области пока заметно уступает Краснодарскому краю. Отметим, что туристический налог с постояльцев гостиниц, хостелов, баз отдыха был введен во многих муниципалитетах Ростовской области в 2024 году. В 2025 году налог составил 1% от стоимости проживания за сутки, но не менее 100 рублей, в 2026 году составитл 2%, в 2027 — 3%, в 2028 — 4%, а с 1 января 2029 года — 5%.

Бывший первый заместитель главы администрации Ростова-на-Дону Юрий Овчинников предполагал, что новый налог только в бюджет донской столицы принесет «порядка 180 млн рублей, без учета льготных категорий граждан».

Еще одной точкой роста специалист называет IT-сектор и технологическое предпринимательство. По ее словам, в регионе уже существует сильная инженерная школа и несколько крупных технических вузов, однако полноценной экосистемы технологических компаний пока не сформировалось. Хотя, в IT-секторе есть достаточно крупные компании — ООО «Торговые Решения», которые занимаются разработкой компьютерного программного обеспечения, ООО «НПП "ЮГПА"», которые подготавливают компьютерные системы к эксплуатации, ООО «ТелекомСервис», которые планируют и проектируют компьютерные системы, ООО «Дунайс», разрабатывающие компьютерные ПО. 

При этом перспективы развития экономики эксперт оценивает положительно. В последние годы Ростовская область активно наращивает промышленный экспорт, поставляя продукцию машиностроения, химической промышленности и оборудование для атомной энергетики в страны Азии и Африки. Дополнительный импульс развитию должна придать особая экономическая зона «Ростовская», которая создается с 2024 года и ориентирована на привлечение высокотехнологичных производств.

— Ростовская область уже обладает сильным промышленным фундаментом, мощной аграрной базой и выгодным логистическим положением. Теперь главный вопрос заключается в том, удастся ли превратить эти преимущества в новые инвестиционные проекты и рост доходов жителей региона, —  резюмировала Ольга Климова.

Когда говорят об экономике Ростовской области, большинство вспоминает зерно, рынки и торговые центры. Однако именно промышленность, а не сельское хозяйство или торговля, остается главным источником доходов региона. Почему Ростовскую область нельзя считать сырьевым регионом, какие предприятия обеспечивают экономическую устойчивость Дона и где скрыт многомиллиардный потенциал роста, «Блокнот Ростов» рассказала кандидат юридических наук, доцент кафедры иностранных языков и межкультурной коммуникации Финансового университета при Правительстве РФ Ольга Климова.

По словам эксперта, основу экономики Ростовской области формируют три отрасли: обрабатывающая промышленность, торговля и сельское хозяйство. На их долю приходится почти половина всего валового регионального продукта. При этом именно промышленность занимает первое место, обеспечивая около 18% ВРП, торговля — около 16%, а сельское хозяйство — примерно 11%.

— Важно понимать: Ростовская область — не сырьевой, а перерабатывающий регион. Это принципиально отличает ее от многих соседних субъектов ЮФО. Более 80% доходов областного бюджета формируются за счет собственных налоговых и неналоговых поступлений, что говорит о высокой финансовой самостоятельности региона, — отмечает Ольга Климова. 

По данным эксперта, совокупная выручка предприятий оптовой торговли в 2024 году составила более 2,2 трлн рублей. Второе место заняли производители пищевой продукции, заработавшие около 464 млрд рублей. При этом именно глубокая переработка сельхозсырья позволяет оставлять добавленную стоимость внутри региона.

— Если говорить простыми словами, Ростов и область кормит промышленность в связке с агропромышленным комплексом. Именно заводы создают высокооплачиваемые рабочие места, обеспечивают налоговые поступления и дают заказы сотням смежных предприятий. АПК поставляет сырье для переработки и экспорта. Торговля и строительство важны, но остаются вторичными по отношению к производственному ядру экономики, — объясняет специалист.

Одновременно эксперт считает, что некоторые отрасли жители, наоборот, недооценивают. В первую очередь это энергетическое машиностроение, химическая промышленность и металлургия. Например, производство транспортного оборудования в Ростовской области за прошлый год выросло почти втрое, что свидетельствует о серьезном промышленном росте.

Если представить ситуацию, при которой регион потеряет одну из ключевых отраслей, наиболее тяжелыми последствия окажутся именно для машиностроения.

— Исчезновение таких предприятий, как «Ростсельмаш», «Атоммаш» или Новочеркасский электровозостроительный завод, означало бы потерю десятков тысяч высококвалифицированных рабочих мест и разрушение производственных цепочек, восстановить которые быстро невозможно, — отмечает Ольга Климова.

Эксперт также рассказала, какие направления, по ее мнению, пока используются далеко не в полной мере. Одним из главных резервов она считает глубокую переработку зерна и масличных культур. Сейчас область экспортирует преимущественно сырье, тогда как продукты его переработки стоят значительно дороже. Так, этой деятельностью сейчас занимается Юг Руси — крупнейший маслоперерабатывающий завод.  

Вторым перспективным направлением остается туризм. Несмотря на богатую историю, донскую культуру и выгодное расположение, туристический потенциал Ростова и области пока заметно уступает Краснодарскому краю. Отметим, что туристический налог с постояльцев гостиниц, хостелов, баз отдыха был введен во многих муниципалитетах Ростовской области в 2024 году. В 2025 году налог составил 1% от стоимости проживания за сутки, но не менее 100 рублей, в 2026 году составитл 2%, в 2027 — 3%, в 2028 — 4%, а с 1 января 2029 года — 5%.

Бывший первый заместитель главы администрации Ростова-на-Дону Юрий Овчинников предполагал, что новый налог только в бюджет донской столицы принесет «порядка 180 млн рублей, без учета льготных категорий граждан».

Еще одной точкой роста специалист называет IT-сектор и технологическое предпринимательство. По ее словам, в регионе уже существует сильная инженерная школа и несколько крупных технических вузов, однако полноценной экосистемы технологических компаний пока не сформировалось. Хотя, в IT-секторе есть достаточно крупные компании — ООО «Торговые Решения», которые занимаются разработкой компьютерного программного обеспечения, ООО «НПП "ЮГПА"», которые подготавливают компьютерные системы к эксплуатации, ООО «ТелекомСервис», которые планируют и проектируют компьютерные системы, ООО «Дунайс», разрабатывающие компьютерные ПО. 

При этом перспективы развития экономики эксперт оценивает положительно. В последние годы Ростовская область активно наращивает промышленный экспорт, поставляя продукцию машиностроения, химической промышленности и оборудование для атомной энергетики в страны Азии и Африки. Дополнительный импульс развитию должна придать особая экономическая зона «Ростовская», которая создается с 2024 года и ориентирована на привлечение высокотехнологичных производств.

— Ростовская область уже обладает сильным промышленным фундаментом, мощной аграрной базой и выгодным логистическим положением. Теперь главный вопрос заключается в том, удастся ли превратить эти преимущества в новые инвестиционные проекты и рост доходов жителей региона, —  резюмировала Ольга Климова.