Российская аграрная отрасль столкнулась с дефицитом химических средств защиты растений (ХСЗР), которые занимают небольшие посевные площади. О том, чем отличается регистрация пестицидов для нишевых культур, какие законодательные изменения готовятся и будет ли расти рынок пестицидов в целом, «Ъ-Промышленности» рассказал гендиректор АО «Фирма "Август"» Михаил Данилов.
— Каких объемов достиг рынок ХСЗР в прошлом году и какие тренды вы видите сейчас?
— По данным Российского союза производителей химических средств защиты растений, в 2025 году объем потребления СЗР в России вырос на 12% и достиг 253 тыс. тонн. Более 76,5% внутреннего спроса обеспечили отечественные пестицидные компании, еще 9,5% — иностранные регистранты, работающие на российских мощностях, 14% пришлось на импорт.
Перед пестицидной отраслью РФ поставлена задача к 2030 году добиться минимум 90% обеспеченности внутреннего рынка, и технологически эта цель достижима. Совокупные отечественные мощности по выпуску СЗР составляют порядка 400 тыс. тонн, уже сегодня российские производители способны закрыть практически все потребности аграриев по основным культурам.
Мы рассчитываем, что спрос на СЗР в России будет расти при условии отсутствия экстремальных макроэкономических и геополитических потрясений. Даже сейчас, несмотря на сложную ситуацию в сельском хозяйстве, мы не наблюдаем снижения потребления пестицидов. Аграрии понимают, что экономия на защите посевов неминуемо приведет к падению урожайности, а значит, к снижению рентабельности. Кроме того, в России пока еще не достигнут оптимальный для получения максимальной маржи с гектара уровень применения СЗР. Плюс надо учитывать фактор севооборота. При сокращении площадей под зерновыми увеличиваются площади под масличными и бобовыми, а их защита стоит дороже, чем защита зерновых. Поэтому отечественный рынок СЗР растет и имеет перспективы расти дальше.
— Цены тоже растут?
— Пестициды, в отличие от других агроресурсов (техника, семена, удобрения, ГСМ),— одна из немногих категорий, которая до последнего времени не только не дорожала, но даже дешевела на протяжении нескольких лет. Сегодня на рынке складываются разнонаправленные ценовые тренды. Интенсивное расширение внутреннего производства и жесткая конкуренция сдерживают рост стоимости продукции. Плюс идет масштабная экспансия китайских компаний. Этот фактор может серьезно повлиять на динамику развития отрасли и поставить под угрозу достижение целевых показателей нацпроекта, если не принять меры по защите внутреннего рынка.
Вместе с тем эскалация конфликта на Ближнем Востоке привела к перебоям в поставках и росту цен на мировом рынке сырья для производства СЗР. Стоимость действующих веществ выросла, по некоторым позициям — на десятки процентов. Например, относительно середины февраля к первой декаде июня хлорантранилипрол подорожал на 25%, глифосат и 2,4-Д — на 24%, дикамба, имидаклоприд и пропиконазол — на 19%. Тренд на резкое удорожание, который мы фиксировали в марте, остановился, сейчас произошел существенный ценовой откат, но в целом пока три четверти действующих веществ стоят дороже, чем в начале года.
— Как такая динамика отражается на потребителях?
— Для российских аграриев последствия этого кризиса не стали катастрофой — все крупные пестицидные компании успели сформировать достаточные резервы. Угрозы дефицита СЗР или скачка цен на них в России нет. Если бы блокада Ормузского пролива началась не в феврале, а, скажем, в ноябре, последствия для отечественного агробизнеса были бы более драматичными.
Тем не менее по мере исчерпания складских запасов закупки сырьевых компонентов происходят уже по новым ценам. В первую очередь подорожание может затронуть продукты, которые контрактуются под актуальный спрос, и низкорентабельные крупнотоннажные СЗР — на российском рынке это прежде всего широко применяемый сельхозтоваропроизводителями глифосат. Но, повторю, высококонкурентный рынок не позволяет ценам разогнаться.
— Чем отличаются СЗР для распространенных и нишевых сельхозкультур?
— Если говорить о самих препаратах, то с точки зрения состава, характера и механизмов воздействия на биологические объекты, способов применения и технологии производства разницы между СЗР для массовых и нишевых культур нет.
Отличия состоят, во-первых, в масштабах применения, во-вторых, в нюансах и экономике регистрационного процесса. В России для защиты посевов могут использоваться только зарегистрированные препараты, включенные в «Реестр пестицидов и агрохимикатов, разрешенных к применению на территории Российской Федерации». Если препарата нет в этом списке под конкретную культуру, его использование на ней — прямое нарушение закона. Применение пестицидов в соответствии с регламентами отслеживается во ФГИС «Сатурн», за нарушения следуют санкции вплоть до приостановки деятельности сельхозпредприятия.
При этом процедура государственной регистрации одного препарата в России сегодня может занимать до шести и более лет, а ее стоимость доходит до 140 млн руб. Организация процесса и затраты в полном объеме ложатся на производителей пестицидов.
Рынок СЗР для массовых культур, таких как пшеница, подсолнечник, кукуруза, огромен. На нем представлено множество аналогов под разные задачи и целевые объекты — их активные компоненты изучены, нормативы применения и методы контроля утверждены. С учетом прогнозируемости регистрационного процесса и масштабов рынка сбыта препарат для применения на массовых культурах является для производителя СЗР понятным коммерческим продуктом, инвестиции в который окупаются в реальной перспективе, зачастую в первые годы продаж.
В сегменте защиты нишевых культур ситуация просто критическая, если не сказать, тупиковая. Начиная с того, что нормативно закрепленного перечня и критериев таких культур в России нет. По рыночной логике к ним относят сельскохозяйственные растения, которые занимают относительно небольшую долю посевных площадей. В нашей стране это, например, просо, сорго (зерновые), фасоль, бобы, клевер, донник (бобовые), перец, баклажан (пасленовые), брокколи, арбуз, дыня, кабачок, патиссон, тыква (тыквенные), а также ягодные культуры различных ботанических семейств.
Одной из проблем является отсутствие утвержденных показателей максимально допустимых уровней (МДУ) и официальных методов контроля остатков многих действующих веществ пестицидов в нишевых культурах, а без этого регистрация невозможна. И, главное, при сегодняшних кредитных ставках вложения производителей СЗР в этот процесс не окупятся ни через 10, ни через 20 лет, ни вообще когда-либо в обозримой перспективе.
Простой пример: чтобы расширить сферу применения ранее зарегистрированного инсектицида на базе одного действующего вещества, скажем, на смородину против трех вредных объектов нужно от трех лет (при утвержденных МДУ) и около 10 млн руб. Регистрация же пестицида на базе нового действующего вещества потребует проведения дополнительных санитарно-токсикологических исследований, что в зависимости от полноты токсикологического досье и данных о его эквивалентности может увеличить расходы до 100 млн руб., а срок регистрации — до пяти и более лет. При этом площади многих нишевых культур в России сегодня составляют иногда даже не десятки тысяч, а всего несколько тысяч гектаров. Ни о какой экономической целесообразности регистрации здесь говорить не приходится. Для сравнения: по оценкам Минсельхоза, в 2026 году посевные площади под яровую и озимую пшеницу превысят 28 млн га, а под масличные — 22 млн га. Между тем, если оценивать долю нишевых культур в валовой стоимости продукции растениеводства, то она в разы выше, чем в физических объемах, а сами культуры востребованы на внутреннем рынке и за рубежом.
— Что за последний год изменилось в законодательстве в отношении СЗР? Какие новшества обсуждаются в правительстве?
— С 1 сентября 2025 года начали действовать поправки в федеральный закон №109-ФЗ «О безопасном обращении с пестицидами и агрохимикатами»: отменена обязательная регистрация в России препаратов, которые производятся исключительно на экспорт под специфические для нашего рынка культуры: хлопчатник, сахарный тростник, бананы и т. д. Это важное решение, которое позволило отчасти разгрузить регистрационную систему, но на российских нишевых культурах оно никак не отразилось.
Для этого сегмента отечественного растениеводства ситуация с регистрацией пока не изменилась, но за последний год вопрос наконец перешел в стадию предметных обсуждений на уровне профильных ведомств.
В частности, на заседании секции земледелия научно-технического совета Минсельхоза одобрены предложения о внесении изменений в Методические указания по регистрационным испытаниям. Речь идет о двух принципиальных мерах: сокращении обязательного срока биологических испытаний препаратов для нишевых культур с двух лет до одного года и внедрении принципа объединения культур «по родственности» при прохождении регистрационных процедур.
В феврале 2026 года Госдума приняла в первом чтении законопроект о внесении изменений в закон №109-ФЗ, которые предусматривают упрощение процедуры государственной регистрации. А именно переход на принцип «одного окна» с централизацией функций в профильной структуре Минсельхоза (Россельхознадзоре) и исключением частных негосударственных организаций из цепочки экспертиз. Это позволило бы существенно оптимизировать межведомственное взаимодействие и сократить сроки процедур. Для нишевых культур такая централизация имеет критическое значение, поскольку в этом сегменте производители СЗР чаще всего сталкиваются с задержками в согласованиях при существующей рассинхронизации требований Минсельхоза, Роспотребнадзора и Росприродназора. Когда эти поправки будут приняты — вопрос пока открытый: рассмотрение законопроекта во втором чтении перенесено на неопределенный срок.
На стадии обсуждения находится ключевая отраслевая инициатива — поправки в статью 22 закона №109-ФЗ о разрешении производителям распространять уже зарегистрированные схемы защиты на культуры со схожими ботаническими признаками без прохождения полного цикла повторных многолетних испытаний. Практический смысл этого предложения в том, что при одинаковых значениях МДУ процедура расширения регистрации значительно упрощается. Например, препарат, уже зарегистрированный на рапсе, можно будет оперативно расширить на горчицу без многолетних избыточных испытаний, которые не имеют никакого отношения к проверке его реальной безопасности и эффективности.
— Как сейчас фермеры защищают нишевые культуры?
— Несмотря на все регуляторные и экономические сложности, отечественные производители СЗР продолжают работу по регистрации препаратов для нишевого сегмента. Основной акцент при этом делается на группы тех культур, по защите которых поступают прямые запросы от отраслевых союзов и сельхозорганизаций.
Но все это по указанным выше причинам происходит скорее вопреки, чем благодаря. Аграрии же сталкиваются с острым дефицитом легальных препаратов для нишевого сегмента. Имеющейся на рынке ассортимент физически не способен закрыть все существующие проблемы защиты этих культур от комплекса болезней и вредителей. Кроме того, постоянное использование одних и тех же схем защиты неизбежно вызывает у вредных объектов резистентность — к химическим препаратам они привыкают, а чередовать фактически нечем.
Для сравнения: в России на землянику зарегистрировано 8 действующих веществ и 14 торговых наименований СЗР, в США — 91 действующее вещество и более 350 торговых наименований. На огромном количестве нишевых культур в России не зарегистрировано ни одного ХСЗР. Вопрос «Почему?» — риторический.
Коммерсантъ
Новости по теме: Минсельхоз подготовил правила изъятия и уничтожения контрафактных пестицидов РФ может лишиться больших объемов экспорта зерновых без защиты растений Компания «Август» обеспокоена ростом подделок пестицидов в РФ. Это создает риски для конечных потребителей Путин подписал закон об обеспечении безопасного обращения с пестицидами Аграрии обязаны будут регистрировать каждый используемый химикат — эксперт https://www.zol.ru/n/41905 
