Торговое и складское оборудование

С 1 июля 2026 года Индонезия официально приступила к масштабному внедрению биодизеля B50. В соответствии с правительственным мандатом, государственная энергетическая компания Pertamina Patra Niaga начала переход на дизельное топливо, содержащее 50% биодизеля на основе пальмового масла. Это сделало Индонезию первой страной в мире, внедрившей подобный стандарт в национальном масштабе, сообщает Малазийский совет по пальмовому маслу.

Чтобы избежать дефицита и логистических сбоев, переход на новый стандарт будет осуществляться в течение трехмесячного переходного периода. На первом этапе Pertamina подготовила 29 из 126 своих топливных терминалов для отгрузки нового топлива. Поэтапный график позволяет поставщикам и потребителям израсходовать существующие запасы биодизеля предыдущего поколения (B40) до полного перехода на B50. Завершить общенациональное распространение топлива B50 на всех заправочных станциях страны компания планирует к 1 октября 2026 года.

Министерство энергетики и минеральных ресурсов Индонезии подтвердило, что подготовка к переходу завершена во всех ключевых секторах экономики. Чтобы гарантировать надежность работы техники на новом топливе, были проведены масштабные испытания на совместимость. Тесты успешно прошли образцы тяжелого оборудования, горнодобывающей техники, железнодорожных локомотивов и морских судов в различных условиях эксплуатации.

Программа B50 является краеугольным камнем энергетической стратегии президента Прабово Субианто. Ожидается, что масштабный переход на биотопливо принесет стране сразу несколько макроэкономических выгод. Снижение зависимости от импорта ископаемого дизельного топлива и уязвимости перед волатильностью мировых цен на сырую нефть. Сокращение валютных расходов на закупку топлива за рубежом. Стимулирование спроса на продукцию местных производителей пальмового масла и создание новых рабочих мест по всей цепочке добавленной стоимости биодизеля. Сокращение выбросов парниковых газов по сравнению с использованием традиционного минерального дизеля.

По оценкам экспертов, успешная реализация индонезийского проекта может стать прецедентом для других стран, стремящихся к диверсификации энергетического баланса и развитию возобновляемых источников топлива.

Инвесторы в водные технологии для АПК чаще выбирают умное орошение, мониторинг и анализ данных. Развитию российского рынка при этом мешают дефицит внешнего финансирования и недостаток площадок для испытаний. Это следует из исследования Фонда «Сколково» и Россельхозбанка, с которым ознакомился «Агроэксперт». Документ есть в распоряжении редакции.

Авторы изучили более 1160 инвестиционных сделок, заключенных в мире в 2024—2025 годах. Данные взяты из базы Tracxn. Также эксперты опросили 15 российских стартапов, разрабатывающих решения для управления водными ресурсами.

По данным Smart Water Magazine и DAI Magister, приведенным в исследовании, мировой объем финансирования водных технологий в 2024 году превысил $1,5 млрд. В 2023 году он составлял $1,28 млрд и был более чем вдвое выше уровня 2019 года.

Анализ базы Tracxn показал, что в 2024—2025 годах венчурные инвестиции в водные проекты достигли $2,8 млрд. Средний размер сделки составил $15,4 млн. Для сравнения: агротехнологические проекты за этот период привлекли $6,5 млрд при среднем чеке $10 млн.

По оценке авторов, водные проекты требуют более крупных вложений в оборудование, инфраструктуру и испытания. Поэтому инвесторы финансируют их реже, но направляют больше средств в одну компанию.

Из общей выборки эксперты выделили 36 сделок с компаниями, чьи решения ориентированы непосредственно на сельское хозяйство. Средний объем такого раунда составил $8,5 млн.

На умное орошение пришлось 47,2% отобранных сделок с водными решениями для АПК. Еще 27,8% составили проекты на базе искусственного интеллекта и больших данных.

Структура 36 сделок выглядела так:

• умное орошение — 47,2%;
• ИИ и большие данные — 27,8%;
• водоочистка и опреснение — 2,8%;
• другие решения — 22,2%.

Инвестиции сосредоточены прежде всего на внедрении технологий: автоматизации полива, мониторинге состояния полей и оптимизации водопотребления. Фундаментальные разработки и крупная водная инфраструктура требуют более длительного цикла и больших затрат.

По данным Asia Water Service, капельное орошение позволяет сократить расход воды на 30—50% по сравнению с традиционными способами полива. Современные системы также используют датчики влажности, спутниковые снимки, водомеры и облачные платформы.

Авторы разделили водные технологии на три группы: управление водой, ее доставка и создание новых источников.

Наиболее быстрый рост в 2026—2027 годах ожидается в системах управления водой. К ним относятся точное орошение, прогнозирование, цифровой мониторинг и автоматизация хозяйств. Такие проекты требуют сравнительно небольших капитальных затрат и быстрее внедряются. Экономия воды позволяет хозяйству сразу снижать себестоимость продукции.

Системы доставки воды — насосы, капельное орошение, распределительная инфраструктура и замкнутые циклы — будут расти медленнее. Они требуют крупных вложений и часто реализуются при участии государства или крупных компаний.

Опреснение, глубокая очистка и повторное использование воды рассчитаны на горизонт от пяти до десяти лет. Такие проекты зависят от регулирования и требуют масштабной инфраструктуры.

Наиболее масштабируемыми авторы считают решения на базе ИИ, спутниковых данных и дистанционного мониторинга. В отличие от оборудования, программную платформу можно распространять без физической установки на каждом новом объекте.

Для оценки ситуации в России авторы направили анкеты 50 компаниям. Ответили 15 стартапов, чьи решения связаны с управлением водными ресурсами и применимы в разных отраслях экономики, в том числе в АПК.

Собственные средства использовали 48,3% опрошенных компаний, гранты — 34,5%. Государственные субсидии получили 10,3%, инвестиции — только 6,9%. Респонденты могли выбрать несколько источников финансирования.

По объему привлеченных средств:

• 33% проектов получили до 1 млн рублей;
• 7% — от 1 млн до 5 млн рублей;
• 20% — от 5 млн до 10 млн рублей;
• 20% — не менее 10 млн рублей;
• 20% не смогли привлечь финансирование.

Большинство разработчиков ориентируются на коммерческий сектор. С малым и средним бизнесом работают 60% опрошенных, с крупными компаниями — 26,7%, с государством — 13,3%.

Главным барьером для инвестиций остается недостаточная зрелость проектов, считает инвестиционный менеджер KAMA FLOW Михаил Оганов. Многие компании находятся на стадии прототипа или пилотного внедрения, тогда как инвесторы ищут проекты с подтвержденной выручкой.

«Вода в российском АПК не вспомогательный ресурс, а критический фактор, напрямую влияющий на себестоимость продукции, урожайность и операционную устойчивость агробизнеса», — отметил эксперт.

Доступ к пилотным площадкам назвали критически важным 86,7% опрошенных разработчиков. 

По оценке авторов исследования, рынку нужны отраслевые акселераторы, демонстрационные площадки и программы государственно-частного партнерства. Они должны помочь разработчикам испытать технологии в хозяйствах и снизить риски для инвесторов.

Инвесторы в водные технологии для АПК чаще выбирают умное орошение, мониторинг и анализ данных. Развитию российского рынка при этом мешают дефицит внешнего финансирования и недостаток площадок для испытаний. Это следует из исследования Фонда «Сколково» и Россельхозбанка, с которым ознакомился «Агроэксперт». Документ есть в распоряжении редакции.

Авторы изучили более 1160 инвестиционных сделок, заключенных в мире в 2024—2025 годах. Данные взяты из базы Tracxn. Также эксперты опросили 15 российских стартапов, разрабатывающих решения для управления водными ресурсами.

По данным Smart Water Magazine и DAI Magister, приведенным в исследовании, мировой объем финансирования водных технологий в 2024 году превысил $1,5 млрд. В 2023 году он составлял $1,28 млрд и был более чем вдвое выше уровня 2019 года.

Анализ базы Tracxn показал, что в 2024—2025 годах венчурные инвестиции в водные проекты достигли $2,8 млрд. Средний размер сделки составил $15,4 млн. Для сравнения: агротехнологические проекты за этот период привлекли $6,5 млрд при среднем чеке $10 млн.

По оценке авторов, водные проекты требуют более крупных вложений в оборудование, инфраструктуру и испытания. Поэтому инвесторы финансируют их реже, но направляют больше средств в одну компанию.

Из общей выборки эксперты выделили 36 сделок с компаниями, чьи решения ориентированы непосредственно на сельское хозяйство. Средний объем такого раунда составил $8,5 млн.

На умное орошение пришлось 47,2% отобранных сделок с водными решениями для АПК. Еще 27,8% составили проекты на базе искусственного интеллекта и больших данных.

Структура 36 сделок выглядела так:

• умное орошение — 47,2%;
• ИИ и большие данные — 27,8%;
• водоочистка и опреснение — 2,8%;
• другие решения — 22,2%.

Инвестиции сосредоточены прежде всего на внедрении технологий: автоматизации полива, мониторинге состояния полей и оптимизации водопотребления. Фундаментальные разработки и крупная водная инфраструктура требуют более длительного цикла и больших затрат.

По данным Asia Water Service, капельное орошение позволяет сократить расход воды на 30—50% по сравнению с традиционными способами полива. Современные системы также используют датчики влажности, спутниковые снимки, водомеры и облачные платформы.

Авторы разделили водные технологии на три группы: управление водой, ее доставка и создание новых источников.

Наиболее быстрый рост в 2026—2027 годах ожидается в системах управления водой. К ним относятся точное орошение, прогнозирование, цифровой мониторинг и автоматизация хозяйств. Такие проекты требуют сравнительно небольших капитальных затрат и быстрее внедряются. Экономия воды позволяет хозяйству сразу снижать себестоимость продукции.

Системы доставки воды — насосы, капельное орошение, распределительная инфраструктура и замкнутые циклы — будут расти медленнее. Они требуют крупных вложений и часто реализуются при участии государства или крупных компаний.

Опреснение, глубокая очистка и повторное использование воды рассчитаны на горизонт от пяти до десяти лет. Такие проекты зависят от регулирования и требуют масштабной инфраструктуры.

Наиболее масштабируемыми авторы считают решения на базе ИИ, спутниковых данных и дистанционного мониторинга. В отличие от оборудования, программную платформу можно распространять без физической установки на каждом новом объекте.

Для оценки ситуации в России авторы направили анкеты 50 компаниям. Ответили 15 стартапов, чьи решения связаны с управлением водными ресурсами и применимы в разных отраслях экономики, в том числе в АПК.

Собственные средства использовали 48,3% опрошенных компаний, гранты — 34,5%. Государственные субсидии получили 10,3%, инвестиции — только 6,9%. Респонденты могли выбрать несколько источников финансирования.

По объему привлеченных средств:

• 33% проектов получили до 1 млн рублей;
• 7% — от 1 млн до 5 млн рублей;
• 20% — от 5 млн до 10 млн рублей;
• 20% — не менее 10 млн рублей;
• 20% не смогли привлечь финансирование.

Большинство разработчиков ориентируются на коммерческий сектор. С малым и средним бизнесом работают 60% опрошенных, с крупными компаниями — 26,7%, с государством — 13,3%.

Главным барьером для инвестиций остается недостаточная зрелость проектов, считает инвестиционный менеджер KAMA FLOW Михаил Оганов. Многие компании находятся на стадии прототипа или пилотного внедрения, тогда как инвесторы ищут проекты с подтвержденной выручкой.

«Вода в российском АПК не вспомогательный ресурс, а критический фактор, напрямую влияющий на себестоимость продукции, урожайность и операционную устойчивость агробизнеса», — отметил эксперт.

Доступ к пилотным площадкам назвали критически важным 86,7% опрошенных разработчиков. 

По оценке авторов исследования, рынку нужны отраслевые акселераторы, демонстрационные площадки и программы государственно-частного партнерства. Они должны помочь разработчикам испытать технологии в хозяйствах и снизить риски для инвесторов.

      
      Как сообщает агентство Market Watch, крупнейший производитель стали и металлолома в Северной Америке импортных пошлин и устойчивый спрос на внутреннем рынке США.
      За отчетный период поставки стали достигли 7,1 млн тонн, что стало самым высоким квартальным показателем в истории компании. По сравнению с предыдущим кварталом объем поставок увеличился на 1%, а в годовом выражении — на 10%.
      Наиболее значительный рост по сравнению с прошлым годом был отмечен в сегментах сортового проката, толстолистовой стали и другой металлопродукции. По сравнению с первым кварталом основной вклад в увеличение поставок обеспечил именно толстолистовой прокат.
      Чистая прибыль Nucor составила $1,2 млрд, увеличившись на 92% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года и превысив прогноз компании, опубликованный в июне.
      Выручка за второй квартал достигла $10,4 млрд, что на 9% больше, чем в предыдущем квартале, и на 23% выше уровня годичной давности.
      Президент и генеральный директор Nucor Леон Топалиан отметил, что рекордные объемы поставок стали стали возможны благодаря продолжающимся инвестициям в ключевые отрасли американской экономики и поддержке со стороны федеральной торговой политики США.
      Финансовый результат сталеплавильного подразделения компании составил $1,6 млрд, увеличившись на 38% по сравнению с первым кварталом и почти вдвое превысив показатель аналогичного периода прошлого года. При этом общий финансовый результат был частично снижен корпоративными административными расходами в размере $430 млн.
      Средняя цена реализации стали во втором квартале достигла $1 145 за тонну, увеличившись на $71/т по сравнению с предыдущим кварталом.
      Аналогичную положительную динамику продемонстрировал и другой крупный американский производитель — Steel Dynamics, который также сообщил о рекордных квартальных поставках стали в объеме 3,7 млн тонн.
      Дополнительную поддержку финансовым результатам Nucor оказал разовый неденежный доход до налогообложения в размере $61 млн, связанный с инвестицией компании в разработчика технологий термоядерной энергетики Helion.
      Напомним, что в 2023 году Nucor и Helion заключили соглашение о строительстве электростанции на основе управляемого термоядерного синтеза мощностью 500 МВт, которая должна обеспечить одно из металлургических предприятий компании безуглеродной электроэнергией. Ввод объекта в эксплуатацию запланирован на 2030 год.
      По словам Леона Топалиана, компания продолжает реализовывать стратегию роста, инвестируя в расширение производственных возможностей и укрепление своих позиций крупнейшего производителя стали и металлоконструкций с наиболее диверсифицированным портфелем продукции в Северной Америке.
      По состоянию на конец второго квартала объем денежных средств и их эквивалентов на счетах Nucor составлял $2,7 млрд. За отчетный период компания также выкупила 1,5 млн собственных акций по средней цене около $229 за акцию.
      В III квартале Nucor ожидает дальнейшего роста прибыли благодаря сохранению устойчивого спроса и повышению цен в сегментах производства стали и металлопродукции. В то же время компания прогнозирует снижение прибыли и рентабельности подразделения, занимающегося производством сырья.

      Как сообщает агентство Reuters, индийская государственная металлургическая компания Steel Authority of India Ltd. (SAIL) и индонезийская Krakatau Steel планируют инвестировать до $350 млн в строительство завода по производству слябов из нержавеющей стали в Индонезии. Об этом сообщили Reuters два источника, знакомые с ходом переговоров.
      Проект предусматривает строительство предприятия мощностью 500 тыс. т в год. Ввод завода в эксплуатацию ожидается через три—четыре года.
      Ранее в этом месяце SAIL и Krakatau Steel подписали предварительное соглашение о создании совместного предприятия (JV) по производству нержавеющих слябов в Индонезии. Документ был подписан в ходе визита премьер-министра Индии Нарендры Моди в страну.
      По информации источников, уже в следующем месяце SAIL направит в Индонезию техническую группу для подготовки технико-экономического обоснования  проекта. После этого партнеры определят структуру распределения долей в совместном предприятии, график получения необходимых государственных разрешений и другие параметры реализации проекта.
      Источники отметили, что после запуска предприятия его производственная мощность может быть увеличена.
      Как сообщил один из собеседников Reuters, SAIL намерена закупать весь объем выпускаемой продукции нового индонезийского завода. Нержавеющие слябы будут поставляться на металлургический завод компании в Сейлеме (штат Тамилнад, Индия), где они пройдут дальнейшую прокатку и финишную обработку.
      Основная часть готовой продукции будет реализовываться на внутреннем рынке Индии, тогда как небольшие объемы планируется экспортировать на рынки Ближнего Востока и Европы.
      По данным аналитической компании BigMint, по итогам финансового года, завершившегося в марте 2025 года, SAIL занимала третье место среди крупнейших производителей стали в Индии с долей 10,1% внутреннего рынка.
      Индия, являющаяся вторым крупнейшим производителем стали в мире после Китая, рассматривает Индонезию и более десятка других стран в качестве стратегических партнеров для развития сотрудничества в металлургии. Целью является расширение экспортных возможностей и обеспечение стабильного доступа к ключевым видам сырья.
      Согласно данным BigMint, за последние пять лет потребление готовой стальной продукции в Индии увеличилось на 55%, тогда как объем производства вырос на 42%.
      На фоне ужесточения импортных ограничений в Европейском союзе и Великобритании индийские металлургические компании все активнее переориентируются на внутренний рынок. Однако усиление конкуренции со стороны китайской стали осложняет реализацию этой стратегии.